— Даниил, познакомься, это — Гаджи Самедович Алиев, — представил сконфузившийся Малик.

— Можешь звать меня — Гаджи-бей, Даниил, — тут же произнёс лидер на чистом русском, без акцента. Разве что слегка смягчённые гласные выдавали восточные корни.

Я был напряжён, но знал, что при необходимости уложу всех здесь, если сильно припрут к стенке. Только шуметь на ровном месте не хотелось: ситуация была скользкая. Лучше пройти её аккуратно.

— Это правда, что ты раскидал моих ребят? — нарушил молчание Гаджи-бей.

Я не стал врать или юлить. Не видел смысла.

— Да, — сказал я. — Они сами напросились.

На лице Гаджи-бея вдруг промелькнуло нечто похожее на довольную улыбку. Словно он прочитал ответы на все вопросы. Он даже приподнялся на подушке и чуть подвигал плечами, расправляя костюм.

— Вот и хорошо, — произнёс он. — А то молодёжь нынче вообще без тормозов.

Он кинул взгляд на Субхана, будто стремился подчеркнуть: «Смотри, что бывает, когда недооцениваешь противника». Тот, фыркнув, опустил голову.

— Субхан-джан говорит, ты положил пятерых голыми руками, без оружия, — Гаджи-бей кивнул в сторону парня, нервно дёргающего коленом.

— Извиняться не буду, — слегка наклонив голову, сказал я. — Они вели себя грубо. И получили по заслугам.

— И не надо, — как будто даже в упрёк мне сказал Гаджи-бей. — Хоть кто-то осадил этих стервецов. Я даже рад, что так получилось! Присаживайся с нами, дорогой, — в голосе Гаджи-бека звучала странная доброжелательность. — Попробуй наш плов. Я выписал повара прямо из Азербайджана. Он шедеврально готовит.

За низким столиком уже стоял огромный лаган, наполненное рассыпчатым рисом, кусками мяса и яркой морковью. Рядом лежала лепёшка, овощные салаты, стоял чайник с зелёным чаем. Ароматы сводили с ума.

Я понимал, что если сяду за стол, это будет выглядеть как знак, что я вступаю в переговоры. Но у меня было преимущество — они не знали, чего от меня можно ожидать. Да, ситуация мне не нравилась, но в открытую мне никто не угрожал.

— Спасибо, — сказал я, опускаясь на подушки напротив Гаджи-бея.

Рядом пристроился Малик. Он чувствовал, что я злюсь. Это из-за его длинного языка я оказался в этой компании, где вроде как всё дружелюбно, но в любой момент может вспыхнуть конфликт. И в первую очередь с этим Субханом, который едва сдерживает желание разорвать меня.

— Ну, за дружбу, да? — Гаджи-бей жестом подозвал официанта. Тот молча наполнил маленькие пиалы чаем. — Раз уж судьба свела.

Я ничего не ответил, лишь пригубил обжигающий чай. Ароматный, терпкий, с пряными нотками кардамона. Напомнил мне о тех днях в другом мире, когда я странствовал по песчаным дорогам и пил похожие напитки в передвижных шатрах.