Но сначала у меня свои задачи: нужно продать трофеи, чтобы разжиться деньгами, и хотя бы немного перевести дух.

— Доедем до города — там видно будет, — пробормотал я, прикрывая глаза.

Мы проехали километров тридцать, когда впереди показались огни блокпоста. Две бронированные машины и с десяток вооружённых имперцев, пристально следящих за дорогой в обе стороны.

— Чёрт, — выдохнул Малик, скрючившись на сиденье. Я заметил, как его плечи напряглись. — Мне крышка. Сейчас просвечивать будут.

— Тихо, — сказал я, не особо понимая, что конкретно он имеет в виду. Но судя по тому, как он начал нервничать, ему действительно грозила опасность. — Лезь за сиденья. Не высовывайся и не шевелись, ни при каких обстоятельствах.

— Может, попробуем прорваться? — испуганно спросил Малик.

— Нет, — отрезал я. — Это может быть чревато… Лезь, говорю, и сиди тихо.

Он кивнул, побледнев, и змейкой просочился назад.

Водитель грузовика тоже нервно сглотнул, видимо, вспоминая свой горький опыт с имперцами. Я же постарался успокоиться внутренне.

Машина притормозила перед разложенными шипами. С двух сторон подошли солдаты. Их лица были напряжены, они явно были готовы к любым неприятностям. Одним жестом приказал водителю заглушить двигатель и выйти. Второй пригрозил оружием, показывая, чтобы я тоже вышел.

— Руки в стороны, стоять ровно, не дёргаться, — сухо отдал команду офицер, когда мы встали возле капота грузовика, а затем вытащил из-за пояса сферу из чёрного обсидиана.

Чёрный камень в его руках вспыхнул тусклым багровым светом и тут же погас. Внутри мерцали огненные всполохи, словно в нём был заточен сам эфир.

— Просвечивались когда-нибудь, — исподлобья смотрел на нас офицер. Мы с водилой синхронно замотали головами. — Ну поглядим, — кивнул он.

Офицер медленно поднёс артефакт к водиле. Камень оставался тёмным, лишь слабые искры мелькнули и тут же погасли.

— Чист, — буркнул проверяющий.

Он шагнул ближе ко мне. Я старался не дышать, но внимательно смотрел за артефактом. Сфера приблизилась, всего в ладонь от моей груди. Внутри обсидиановой глубины завращались кровавые потоки, завибрировали, а затем замерли. Свет чуть дрогнул, но не окрасил камень полностью.

Офицер нахмурился.

— Странно… — пробормотал он, поднося камень ближе ко мне, но сфера осталась спокойной. — Глючит, что ли?

Офицер окинул меня подозрительным взглядом. А потом снова посмотрел на спокойный артефакт. Тот вёл себя так же, как и возле водилы. Офицер поморщился, но убрал сферу.

— Ладно, документы, — сказал он водиле хрипловатым голосом.

— Я… я просто везу всякий скарб, в Петрозаводск, — заикался водила, рывком открывая край куртки. — Вот накладная, водительское, паспорт… — потом обернулся на меня. — И этот со мной, помогает грузить…