Парализатор — оружие не летальное, но прямое попадание гарантировано выводит противника из строя, после чего с ним можно делать, что угодно. Подойти вплотную и виброножом на ленточки порезать, например. Без всякого ущерба для станции, разумеется.

Помимо прочего, парализаторы дешевы, поэтому их и любят использовать бандиты всех мастей.

Я не люблю нелетальное оружие. За исключением того случая, когда перед тобой поставили задачу захватить кого-то живым, стрелять следует на поражение.

В текущей конфигурации игольник тоже не нес никаких угроз безопасности станции, потому что был заряжен иглами, предназначенными для стрельбы по органике. При попадании в препятствие они оставались неактивными. Зато обнаружив вокруг себя органику, они взрывались и дополнительно выпускали в кровь мишени нейротоксин. Не самое удачное оружие для стрельбы по киборгам, а против механизмов оно вообще бесполезно, но для обычных людей сойдет.

Я уложил троих так быстро, что четвертый даже не понял, что произошло. Он стоял, баран бараном, тупо глядя на мертвые тела своих товарищей, и даже не пытался убраться с линии огня.

— Один шанс, — сказал я, держа его на прицеле. — Скажи, кто тебя нанял и можешь валить на все шесть сторон.

— Пошел ты, — сказал он и попытался достать меня из парализатора. Я считал его движение раньше и пристрелил его первым.

Теперь следовало разобраться с теми, кто пытался взломать Генри.

— Я уже рядом, — сказал я, осматривая дверь дока с безопасного расстояния. Похоже, что его открывали программно, без применения грубой силы, потому что поврежденной она не выглядела. — Ты их наблюдаешь?

— Так точно, кэп, — бодро доложил Генри. — Один на девять часов, другой где-то на половине четвертого.

Дверь оказалась заперта. Они что, вошли и закрыли ее за собой? Зачем?

Как бы там ни было, замок они не перепрограммировмали, а у меня был временный клиентский доступ. Я вбил короткий код, толкнул дверь ногой от себя, застрелил бандита на девять часов, затем кувыркнулся вперед, проникая в док по нетипичной для нормального человека траектории, довернул кисть и всадил иглу в грудь последнему бандиту.

— Все чисто, кэп, — сообщил Генри. — Мы убили всех.

— Тогда убирай щиты и пусти меня на борт.

Он убрал щиты, когда я был еще на середине ангара, и я смог оценить масштаб разрушений. Три красных пятна на грязном полу дока не привлекли моего внимания, меня больше интересовали стены. Не хотелось бы, чтобы владельцы Четвертого Кольца повесили всю ответственность на меня и настаивали на компенсации ущерба.

Стены уцелели. Ближняя к «старому Генри» покрылась паутиной трещин, но критических повреждений не было, и содержание кислорода в доках осталось на прежнем уровне.