-- Не благодарите, сержант, -- так же тихо ответил ментат, садясь в седло. -- Я их не искал, чтобы наказать. Они меня сами нашли. Так что в случившемся нет моей заслуги -- я просто не мог позволить себе умереть им на потеху. Есть более важные дела.
-- Понимаю, -- кивнул жандарм.
А потом громко добавил вслед уезжающему де Моо:
-- Доброго пути вашей милости!
Ментат только устало взмахнул рукой, прощаясь.
-- Нужно было остаться с Жоржетт в замке, на полчаса, -- смалодушничала его мысль. -- Тогда бы ничего этого со мною не было.
-- Ну да, -- вылезла немедленно совесть. -- Тогда бы кровавые уроды убили другого путника и сейчас уже закапывали куски его тела на полях.
Сил у ментата прибавилось совсем чуть, лишь добраться до ближайшей деревни, не упав с лошади. По всему прошлому опыту ментат знал: ему теперь поможет только сон, часов десять. Хорошая еда. Красное сладкое вино. Ну и молодая женщина, которая будет всё это время лежать рядом, безропотно отдаваясь по его первому требованию. Тогда, к ночи, ментат восстановит силы и сможет ехать дальше.
Благо, ни с местом для лёжки, ни с едой и питьём, ни с подходящей женщиной сейчас в деревне проблем не будет -- только плати деньги. Денег у де Моо, заботами первого министра, было в достатке.
Глава 13
Ночь для обоза прошла спокойно. И утро выдалось совершенно обычным. Но внутри у де Брэ как будто натягивалась тугая, незримая струна: нарастало ощущение неизбежной беды, ментат лишь не знал, когда она случится.
Ночью, вставая проверять караулы, ментат спал часа три. Остальное время он не мог заснуть. Грызущее беспокойство заставило задуматься о расширении инструментов удара по врагу. Покопавшись в каталоге ментопрограмм, ментат наткнулся на интересную идею: неинфекционные версии известных инфекционных болезней.
Идея была проста: если нужно создать видимость "понятной смерти", но ни кислотное обращение тела, ни взаимоуничтожение целей ментальной атаки друг другом не подходят, можно использовать версию смертельной болезни, вроде чумы, не передающейся окружающим. То есть, ментат как бы заражает цели "индивидуальной чумой", со всеми её симптомами: высокой температурой, беспамятством, бубонами, гноем, скоротечностью, 100% (в данном личном случае!) летальностью. Но болеют лишь назначенные ментатом цели. Те, кто рядом, даже не чихнут: им вообще ничего не грозит.
"Неинфекционную чуму" ментат и отрабатывал половину ночи. Подумав, добавил "неинфекционную холеру" и "отравление цианистым калием". Последнее не было инфекцией, но тоже могло пригодиться в наступающих "сложных жизненных обстоятельствах".