Посидели хорошо. Потанцевал со всеми, даже со Светой, которая по секрету, чуть ли не всему залу поведала, что я «ничего так». И если бы не моя молодость и лицо не её «типажа», как она выразилась, у нас, возможно, что-нибудь и получилось бы.

Ну да. Куда уж мне до Петра Петровича с его холёной мордой или до Геры с его неиссякаемым красноречием?

По окончании наших посиделок я пошёл провожать Мамай, а Гера — Светлану.

По дороге хакаска всё крепче висла на моей руке, и я даже начал подумывать: а не воспользоваться ли приглашением «зайти на чай»? Тем более приглашала девушка настойчиво и не один раз.

Но имелись некоторые осложняющие обстоятельства. Во-первых, дома мог не спать её сын. Во-вторых, где-то далеко в Норвегии, вернее в Англии, существовала Марта, которая, хотелось верить, хранит мне верность. Ну и в-третьих… Подходя к дому, Мамай натурально уснула.

Вот прям на ходу!

Короче, с трудом затащил её в пятиэтажку — благо этаж оказался первым. Кое-как растолкал, дождался, пока женщина закроет за мной дверь, и отправился к себе.

Проходя мимо Светкиного номера, убедился, что Герман своего всё-таки добился! А иначе звуки, которые раздавались из номера, не истолковать.

В своём шикарном номере я хотел было ещё немного поразмышлять о завтрашней встрече: кое о чём мы с Васильевым договорились, и его люди обещали мне подыграть… Но отрубился.

Проснулся от настойчивого стука. Открываю, не подумав, как был — в одних плавках.

На пороге Светлана.

Окинув меня взглядом с головы до ног, она заметно задержалась где-то посередине. А я только со сна… Молодость, епта. Вот неудобняк-то.

Впрочем, дама прогрессивных взглядов — судя по вчерашнему количеству выпитого — смущаться и краснеть не стала. В отличие от меня.

— Заходи, сейчас накину что-нибудь, — буркнул я и поспешил в ванную.

— Не торопись, — донеслось мне вслед. — До собрания ещё полно времени. Я вообще поговорить хотела.

— А сама-то не болеешь после вчерашнего? — спросил я, уже закончив утренние процедуры.

— Нет, ты знаешь, давно мне так хорошо не было утром! — умиротворённо произнесла женщина, сидя в мягком гостиничном кресле.

«Ну ещё бы», — усмехнулся я про себя, всё ещё не понимая, что ей от меня понадобилось в такую рань.

— Я насчёт Петра нашего поговорить хотела…

— Это он тебя попросил? — перебил я.

— Нет, я сама. Пётр Петрович человек хороший: помог мне сильно и специалист отличный. Так что…

— Да вы что, сговорились, что ли? Уже вторая, кто за него просит… Да шут с ним — пусть работает. Пойдём лучше завтракать.

— А ничего у тебя номер, не чета моему, — Светлана после моих слов заметно расслабилась и откинулась на спинку кресла, обнажив при этом свои замечательные коленки.