— Простите моего отца, Ваше Благородие. — сказал он, делая легкий поклон. — Я не могу говорить за весь род, я не глава. Но лично я должен вам свою жизнь. И честь не позволит мне пренебречь долгом.

С этими словами он одним прыжком оторвался от земли и устремился вслед за сородичами. Проводив его взглядом, я махнул рукой соратником, и мы отправились на помощь поисковым группам.

Благородные мы, или нет, но выбрасывать жизни людей, которых я могу спасти, не в моих правилах.

СПРАВА… ПОД ВОН ТОЙ ГОРОЙ… ЧЕТВЕРО…

В голове вновь словно ударил колокол. Но теперь я куда спокойней отнесся к мысленным сигналам Миты. Глубинные Гидры — жители подземных джунглей Ургала, что-что, а нюх у них развит просто невероятно.

И, тут же отправившись в то место, картину которого Мита передала в мою голову, мы действительно нашли там двух покалеченных мужчин и женщину с ребенком.

Похоже, их завалило обломками трибуны, и это уберегло от удушения песком. Но малыш все равно оказался в крайне тяжелом состоянии, так что я молча взял его — и отнес к лиловой кровавой луже, к которой уже выстроилась очередь.

Но лечил я его в основном сам, своей силой, лишь капая иногда кровью. Погружение в эту лужу просто убьет столь хрупкое создание.

Взаимодействие с магической субстанцией в любом случае не пройдет для нее даром. Но я усердно старался сделать так, чтоб кровь гидры органично усвоилась новорожденным телом. Влилась в ее вены и артерии, соединившись с собственной. Если все пройдет удачно, ребенок вырастет невероятно здоровым, устойчивым ко многим болезням. А, быть может, это положительно повлияет и на развитие Источника.

Мне не трудно, да и практика в тонком целительстве не помешает, а человеку будет в жизни польза.

Когда я уже почти закончил лечение, малыш очнулся и начал негромко плакать, размахивая крохотными ручками. Это оказалась девочка, совсем еще маленькая и беззащитная. Завершив работу, я аккуратно поднес ее к приходящей в себя женщине.

Ее и без того небогатая одежда вся истрепалась.

— Доченька! — воскликнула она, увидев ребенка на моих руках. — Милая, родная!!!

Она тут же бросилась ко мне, споткнулась в горе песка и чуть не упала, но все-таки прижалась к крохотной девочке, заливая мой изорванный костюм слезами счастья.

— Я думала, ты умерла, я… я!..

— Оставьте барона, мадам! — неловко пробурчал пожилой генерал. — Он только что спас вашей дочери жизнь! Ребенок был при смерти, а он…

— Бросьте, генерал. — мотнул я головой. — Я понимаю чувство родителя, когда его ребенок мог вот-вот погибнуть. Мне это знакомо…