— Договорились! — показал поднятый вверх большой палец граф. А затем потребовал снять с девушки кокон.

Ничего не произошло.

— Сними кокон. — повторил я слова старика. И пелена с тела Юли тут же спала.

Меньшиков молча перевернул банку — духи, не связанные земным притяжением, всегда стремятся вверх. Так что открывать емкости с ними необходимо горлышком вниз. Что он и сделал. А затем мрачной тенью навис над Горской — и вдавил открытую банку ей в грудь, крепко прижимая девушку к земле.

Сил у старика оказалось больше, чем казалось со стороны!

Я все-таки оказался не совсем прав. Хоть старый граф и творил ритуал — но лишь на самом примитивном уровне, просто соединив сложные и тонкие манипуляции с маной и использование неких вспомогательных магических предметов.

По сути, ритуал того же уровня, что сегодня провела сама Горская, тонкими манипуляциями прогоняя свою и мою ману по отмеченным мной коридорам, и преобразуя таким образом Камнесталь.

Что ж. Значит, ритуал старика годится только для тех, кто хорошо освоил управление Смертью. Я неплохо в этом деле понимаю, кое-что даже могу, но уж всяко не снимать Истинные Проклятия.

А вот Меньшиков явно справлялся! Тело Юли дергалось, она хватала графа трясущимися руками, пыталась оттолкнуть от себя, выбраться из-под его железной хватки, даже разодрать себе горло. Так работает защитный механизм многих проклятий — когда оно начинает слабеть, жертва из последних сил пытается помешать этому, или убить себя.

— А не дурак это соорудил!.. — напряженно прохрипел Владислав. На его желтоватой коже выступили капли темно-серого пота, глаза вылезли из орбит. — Ох не дурак!

Надеюсь, маны у старика хватит — он не юная красотка с выдающейся… кхм, филейной частью, чтоб еще и его обнимать. Глянул на него астральным зрением — нет, этому хватит маны хоть целую армию уложить. Кресло-артефакт аж распирает — такая прорва энергии в нем запасена. Надо будет по возможности тоже соорудить себе такой переносной источник маны. Раз уж Искру Пустоты пришлось использовать для других целей.

Григорий продолжал напряженно следить за действиями графа, то и дело водя туда-сюда черным стволом. Но, судя по столь быстрому плетению сразу нескольких заклятий — прыжка, щита, использованию скрытого подпространства, откуда он, думаю, и достал ствол — он и сам был опытным чародеем. И видел, что Меньшиков правда помогает, а не пытается расправиться с несчастной баронессой.

— Думаю, все закончится хорошо! — напряженно произнес граф. — Но для какой-то особенно тонкой работы времени у меня нет. Так что, скорей всего, из памяти юной леди исчезнет почти все, что провоцировало проклятие.