— Почему именно ночью? — интересуюсь я.
— Мне она больше по душе. Я прекрасно вижу во тьме, улучшается слух, быстрее работают инстинкты, лучше реакция. А главное — нет посторонних, вечно куда-то спешащих существ!
Тёплые руки Оливера крепко держат меня. Я расставляю руки в стороны и закрываю глаза, представляя, что лечу. Нет, не так. Я лечу. Чувствую руками потоки ветра. Ощущение невесомости завораживает. Улыбка сама по себе появляется на лице.
Всегда мечтала полетать…
Спиной чувствую, что Оливер тоже улыбается. Он медленно наклоняется вправо, и мы летим боком. Его крыло рассекает водную гладь реки.
— Ничего не бойся, — шепчет приятный голос мне на ухо.
Оливер переворачивается на спину, и я вижу звёздное небо. Очень похожее на то, что было на Земле. Я обнимаю себя за плечи. Тёплые воспоминания наполняют изнутри. Я любила наблюдать за звёздами, но в городе это было невозможно сделать. А сейчас вновь видно потрясающе красивое звёздное небо…
Оливер мягко приземляется на ноги, нежно опуская меня. Когда я уверенно встаю на ноги, парень шевелит лопатками, и его крылья прячутся куда-то за спину.
— Понравилось?
— Спрашиваешь! Кто не мечтает летать? — восторгаюсь я и добавляю: — Спасибо…
Мы стоим перед зелёной аркой с пионами тёплых розоватых оттенков, источающими дивный аромат.
— Здесь так красиво, — вдохнув полной грудью и закрыв глаза, признаюсь я.
Вокруг тишина. Её изредка нарушал звук сверчков или шум листьев на ветру.
— Это мы ещё в сад не вошли, — улыбается Оливер, вставая рядом.
Ну вот. Он опять похитил меня. А я и не против!
Моя рука касается увядающего пиона на арке.
— И почему цветы не могут цвести вечно?
— Нет ничего вечного. Всё постепенно разрушается, — Оливер кладёт свою руку мне на плечо, — но ты не о цветах хотела поговорить, верно?
— Конечно, — я опускаю руки и поворачиваюсь лицом к парню, — зачем ты это делал?
— Хотел защитить, — он убирает руку с плеча, — пытался убежать от неизбежного! А зря…
Он замолкает, собираясь с мыслями. За аркой с пионами открывалась извилистая дорожка, усыпанная мелкой галькой, которая в свете звёзд отливала серебристым. По обе стороны от неё тянулись живые изгороди — тёмно‑зелёные, плотные, будто специально выращенные, чтобы прятать этот уголок от чужих взглядов.
— На Земле я пробыл около двух лет. И почти сразу нашёл тебя, а после столкновения в парке, — на его лице появляется тень улыбки, — сомнений не осталось. Внутри тебя заключена огромная сила, Надя, и теперь за ней идёт охота…
— У меня был потрясающий месяц без всяких охотников! — улыбаюсь я. — Ты что-то перепутал. Половина заклинаний выходит криво…