— Другие земли?

— Герцог послушался совета Градимиры, то есть твоего совета, Мрачный, и не стал зариться на то, что не сможет удержать. На Швабию и Франконию он не двинется.

— Приятно, когда голос разума оказывается услышан. Ваша Градимира и впрямь сокровище.

— У нас все…

— Такие.

— Красивые!

— И умные!

— Но мы, — совсем уж замурлыкала Елена, — все равно лучше прочих.

Ну вот и что тут можно сделать, кроме как согласиться? А ничего. Впрочем, девушкам всегда стоит делать комплименты, тем более тем, которые действительно отличаются умом, красотой и хорошим таким чутьем.

— Феофано не простит, — с ленцой протянул побратим. — Она помнит, как Строптивый пленил ее сына и хотел сам стать императором. Даже если Эйрик сделает так, что войско герцога Саксонского не переправится через Эльбу, а венеды с помощью Ратмира уничтожат почти всех… Войско Конрада Швабского бросит все и пойдет на Баварию. Исход войны не ясен даже богам.

— Нам ли о том печалиться? Друзей в империи у нас нет. К тому же есть еще Гуго Капет…

— Капет слишком робок оказался, сидит и ждет, — скривился жрец Локи. — Богумил сделал все, что было в его силах, но…

— Но король франков не хищник, а лишь падальщик. Готов броситься лишь на труп империи. И даже возможность устранить главную опасность для своей власти в лице Карла Лотарингского на него… не сильно подействовала. Что ж, печально. Мы это запомним. Но, по большому-то счету, это мало что меняет. Да и сложно будет справиться с герцогом Баварским! Опытный он, смуту не в первый раз учиняет. В пятый уже! И с каждым разом все более успешно…

С этими моими словами сложно было поспорить. Размах у Генриха Строптивого и впрямь с каждым разом увеличивался. Жаль, что в случае проблем к нам за помощью не бросится. Явно не бросится. А вот от советов точно не откажется. Почему? Да потому как уже принял эти самые советы. Ко всему прочему, сделав это единожды, легче повторить. Особенности психологии.

— Посла бы к нему, — словно подхватив мои мысли, вздохнула Софья.

— Да хорошего! — добавила сестричка.

— Может быть…

— Уже можно?

— Увы, но нельзя, — покачал я головой, вполне серьезно сожалея о невозможности сделать такой шаг. — Негласный посланник…. посланница у нас там уже есть. А явного нельзя, это Строптивому больше повредит, чем поможет. Он и его рыцари христиане. Мы для них язычники. Подозрения могут оттолкнуть часть его сторонников.

— Хальфдан правильно говорит. Рано! — поддержал меня побратим, вновь цапнув кубок с вином и отхлебнув немаленький такой глоток. — Зато Градимире весточку надобно отправить. Насчет того, что на войско Бернгарда Саксонского Феофано лучше не рассчитывать. Немногое от него останется. Она скажет герцогу Баварскому, а тот полководец умудренный годами и битвами, сумеет себе на пользу знание повернуть.