— Повтори еще раз, жрец, — попросил Слободан Одноглазый.

— Старый Йомсборг, Волин с окрестными землями уходят под власть Хальфдана Мрачного. И еще Гданьск и все, что поблизости, — Магнус обвел уже выделенную углем область на карте. В нее, помимо собственно Гданьска, входил немаленький такой кусочек Польши. Но до Старограда и Слупска он все же малость не доставал. — Эта земля станет не частью Руси, а отдельным княжеством, отданным Ратмиру Карнаухому. Союзным Руси княжеством… вассальным.

— Как у германцев?

— Да, Слободан, — ответил уже я. — Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними, как говаривали древние. Ратмир — я ему верю, потому и предлагаю это. А то, что кое-что беру у империи, так почему бы и не взять у врага хорошую вещь.

— Большое княжество… И еще Йомсборг с Волином.

— Так и сделано нами немало.

Одноглаый малость нахмурился, изображая недовольство, но… В конце концов махнул рукой и проворчал:

— Бери, княже, владей. Твое соседство всяко лучше польского. Но одно условие.

— Какое?

— Корабли… Поделишься с нами мастерами, пусть научат нас строить такие же.

— Без «греческого огня» пока что…

— Князья это понимают, — криво усмехнулся венед. — Но ты сказал «пока».

— Да, именно «пока». А я слов на ветер не бросаю.

— Тогда уговор!

— Боги нас услышали…

Магнус и обе сестрички чуть ли не синхронно кивнули, подтверждая. Вот и еще один плюс присутствия доверенных и проверенных жрецов. Сам факт их наличия придает разговору при необходимости должный вес. Письменный договор, само собой, тоже составим, причем по всем правилам, со всеми витиеватостями, но… Но это будет потом. Сейчас же хватит и устной договоренности.

Карнаухий просто обмяк в кресле и явно просто не в силах не то что встать, даже рукой пошевелить. Как говорил «великий комбинатор»: «Сбылась мечта идиота!» Только Ратмир стал не миллионером, а князем, даже где-то самостоятельным. Эх, это он еще не понимает, сколько проблем свалится на его голову. К тому же на пользу Руси он работать все равно не прекратит, не зря же вассальные клятвы должен будет дать, да при всем народе, в Киеве.

Помимо же всего прочего, вассалитет будет… несколько другой, чем в той же Священной Римской империи. Более крепко привязывающий вассала к сюзерену, но делающий это не видимыми канатами или, упаси боги, цепями, а сотнями тонких, практически незаметных нитей. Опыт грядущих веков мне тут очень сильно поможет.

* * *

Вроде бы и поделили шкуру почти убитого медведя, но Слободан явно не полностью удовлетворен. А он в данной ситуации голос всего Венедского Союза. Значит, сейчас озвучит причину. И точно, ждать не стал, заявив: