Конечно, умные люди понимали,кто проиграл в этой войне, но умных всегда куда меньше, нежели глупцов. Зато простой народ и даже немалая часть знати вполне могли посчитать результаты войны удачными для империи, а — могли… Если бы не мятеж герцога Баварского и не отложение италийских земель. Но все равно, Польша и Дания должны были подсластить горечь.

Имелось и еще кое-что, касающееся уже лично его, Джованни ди Галлина Альба. И это «что-то» заставляло отнестись к себе со всей серьезностью. Потому он и пригласил к себе тех, кто сейчас являлся опорой. Джованни ди Торрино, проявивших себя не только как командиров наемников, но и как папских легатов Стефано ди Маджио и Ласло Фидеша, а также Рокко ди Чента. Последний особенно проявил себя при взятии Брешии. Именно их он первым делом собирался возвести в кардинальский сан. И произойти это должно было уже скоро, месяцев через несколько. Все приглашенные знали о планах понтифика касательно их персон.

Сидели, довольные. Больше всего они напоминали Иоанну XV стаю молодых волков, только и ждущих приказа от вожака разорвать, уничтожить, затравить… Ну да, где Рим, там и волки, это еще с самого основания Вечного города повелось. Наследие Ромула и Рема остается неизменным, независимо от того, нравится это кому-то или нет.

— Письмо мне передали, от князя Хальфдана Киевского, — поморщившись, Иоанн XV брезгливо, словно дохлую крысу за хвост, взял со столика лист бумаги, на котором на латыни были начертаны строки. Их смысл явно не мог порадовать понтифика. — Князь Киевский благодарит меня за помощь в устроении столь полезной для Руси войны. Благодарит! Но предупреждает, что в следующий раз его надо уведомлять о таких подарках заранее, а то он тоже может… Преподнести в дар нечто необычное. Пишет, что «печенегов близ Рима нет, но подвластные Каирскому халифату морские разбойники не откажутся пощупать мягкое брюшко италийских земель». И еще «королевства Хорватия и Сербия, хоть и исповедуют христианство, но будут рады принять золото от „доброжелательных незнакомцев“, дабы огорчить Венецию набегом на ее исконные и новоприобретенные земли». Там еще много подобного!

— Этого можно было ожидать, ваше святейшество, — спокойно произнес ди Торрино. — Князь Хальфдан понял, что именно вы стояли за случившимся в Переяславце и тем, что из этого получилось. Хорошо, что он не угрожает вашему святейшеству, лишь предупреждает.

— Руси не будет дела до Святого Престола, пока мы не станем вмешиваться в дела на тех землях, которые князь Хальфдан считает зависимыми от себя, — подхватил Фидеш. — Пусть империя с ним воюет, а вашему святейшеству с ним делить пока нечего.