Но в то же время оставался сказочкой для взрослых, чтобы пощекотать нервишки.

Полтора часа спустя, во время финальных титров, я понял, что мне чего-то не хватает. Обычно в подобной ситуации мог выручить горячий чай с хорошим бутербродом. Поэтому я поднялся, прошёл на кухню, включил там свет, оставив Чана с Юми на диване, и залез в холодильник.

Моему взору предстало довольно печальное зрелище. Полбутылки молока сомнительной сохранности, да пучок какой-то зелени.

— Чан, — крикнул я, продолжая разглядывать пустые внутренности холодильника, — а чего это у тебя тут какая-то мышь повесилась?

Не к месту я вспомнил Белькьяу и едва смог подавить смешок. Однако, где-то на краю сознания раздался перезвон бубенцов.

Тот сначала что-то невнятно промычал, из чего я сделал вывод, что рот у него в данный момент занят. Лишь спустя добрых полминуты, он ответил:

— А, что?

Ещё через несколько секунд Чан появился из комнаты, протирая глаза и щурясь на свету. Судя по всему, он уже успел задремать на груди у подруги.

— Да я только хотел в магазин сходить, а тут ты.

— Ладно, ясно-понятно, — я со вздохом закрыл дверцу. — Нашёл виноватого. У меня-то привык на всём готовеньком.

Юми, вышедшая вслед за парнем, рассмеялась. А Чан лишь виновато улыбнулся и развёл руками. Я глянул на них и сказал:

— Хорошо, я схожу. Чего вам взять? Всё равно захотелось подышать свежим воздухом.

— Что-нибудь поесть, — попросила девушка. — Только чтобы готовить не слишком долго.

— И мне того же, — кивнул Чан.

Освещение на лестничной площадке было тусклым, а в большинстве углов притаились тёмные тени, которые, казалось, шевелились, если не смотреть на них прямо.

Я даже усмехнулся над собой. Никогда не думал, что во мне отзовутся эмоции, скрытые в сознании тысячелетиями эволюции.

А, плевать! Сейчас самое главное — сходить за продуктами, быстренько сообразить поесть, да и на боковую. Завтра можно подумать, куда въехать на время восстановления дома.

С этими, да и другими мыслями, касающимися моего дальнейшего существования, я вышел из многоэтажки, в которой Чан снял квартиру, и отправился в магазин, располагавшийся в полукилометре. Это если идти дворами и напрямик.

Я даже не отдавал себе отчёта, что вокруг нет ни единого прохожего. Только промелькнула мысль, что днём тут было как-то значительно уютнее.

И в какой-то момент из-под моих ног с диким шипением рванулась кошка. Затем через два прыжка остановилась, повернулась ко мне и оскалилась.

От неожиданности я даже замер на месте, чувствуя, как учащается сердцебиение. Я же одновременно с тем с ироничной улыбкой фиксировал все эти изменения в теле. Всё же оно принадлежало молодому парню, о чём я порой напрочь забывал.