— Добро пожаловать, господа и дамы! Прошу тишины! — на сцену вышел директор, и началось приветствие.

Всё. Жизнь продолжается, начинается олимпиада. Будто мы все не на грани смерти, будто среди нас нет террориста, желающего нам смерти!

«А это что?..», — хмурюсь я, замечая что-то на спинке перед собой.

По ней что-то… ползло? Сначала я подумал, что это слизняк какой-то, но когда активировал ночное демоническое зрение, то увидел, что это тянущиеся, очень маленькие… струйки крови.

И они медленно формировали слова.

«Топай. Если. Да» , — слова появлялись по очереди.

Я распахнул глаза. Боковым зрением вижу, как отец молча смотрит на сцену, а из-под его ноги бежит струя крови.

Папа… ПАПА!

«Что-то. Не. Так?»

Топаю.

«Тебя. Слушают?»

Я не уверен, но топаю. Да.

«Это. Тот. Ублюдок. Стоявший. Сзади?»

Топаю.

Он цыкает.

«Знаешь. Чего. Он. Хочет?»

А вот здесь я не топаю. Ведь я, нафиг, не знаю.

Отец ждёт пару секунд и принимает это как «нет». Затем он хмурится, и несколько секунд молчит. А затем… он вздохнул и сжал мою руку. Я глянул на него, на что в ответ получил спокойную, уверенную улыбку и отцовский кивок.

— Не переживай, — тихо сказал он, — Для этого я здесь.

— П-пап…

Честно? Хотелось разныться как свинье без трюфелей.

Папа…

Да я мир переверну ради вас. Ради тебя и мамы. Какие же вы… лучшие.

Я выдыхаю, прикрываю глаза и стараюсь успокоиться. Папа здесь. С сыном. Папа поможет.

Я здесь не одинок.

— Спасибо… — шепчу я.

Он кивает, вздыхает и облокачивается на подлокотник, опирая подбородок о ладонь. По началу я не понял для чего, но затем увидел, как он незаметно… постукивают пальцем по уху. Точно. Там же наушник! А выстукивает он азбуку Морзе!

Батя… батя! Да ёёёп! Ну какой ты Батя!

—«Ух, ни*уя» , — раздалось у меня в ухе, —«Карапуз, переключаемся на шифрованную связь только с тобой. Видим тебя. Подтверди слушку и опасность»

Киваю.

— «Ух, ни*уя».

Аналогично, координатор, аналогично.

Но знаете что? С моих плеч и души упал неподъёмный груз, и я наконец мог вздохнуть полной грудью.

Я не один. Я не один! С этой грёбанной проблемой в этом грёбанном мире я не один! Да, я всё ещё под прицелом, и это от меня зависят жизни сотен людей, но я НЕ ОДИН!

— «Итак, новости дерьмовые. Парень либо ушастый, либо взломал нашу волну. Будем менять ключи шифрования при каждом выходе в эфир, что не позволит делать это часто, увы. Так что слушай внимательно»

Слышу шорох с наушника, будто правда сменилась волна.

— «Если он всё ещё не подал сигнал, значит не узнал о нашей осведомлённости. Отлично. Но всё усложняется людьми вокруг — слишком много, нельзя рисковать. Михаэль, сейчас сильно не реагируй. Хреново к этому прибегать, но… тебе придётся подыгрывать. Пока мы не найдём решение и не поймаем момент — делай как говорят. У нас… есть козырь. Но нет права на ошибку. Поэтому, план следующий — пиши олимпиаду, и встречайся с целью»