Сильное ослабление боеспособности Кагуя тоже несло в себе определенную опасность уже от соратников-соперников, что могут поддаться искушению вовсе избавиться от нестабильных элементов Киригакуре сразу после войны и поэтому он предпринял несколько шагов, направленных на укрепление положения клана. Первый уже начал приносить плоды — нормальное обучение молодняка, как пробудившего кеккей генкай, так и нет, благо, Шикотсумьяку: Котцу Буншин но Дзюцу (Мёртвенный Костяной Пульс: Техника Костяного Клонирования) подходил для этого как нельзя лучше, позволило выделить отдельных личностей, что обещали в будущем вырасти настоящей опорой нового клана, зубами выгрызая знания, гарантирующие повышенные шансы выживания в дальнейшем с личной верностью понятно кому. Конечно, несмотря на райские по меркам Кагуя условия новой жизни, насаждение железной дисциплины понравилось далеко не всем детям, успевшим впитать жестокость клана и неминуемо ставшим выстраивать новую иерархию уже внутри приюта. Даже жестких наказаний оказалось недостаточно для выбивания из почти пустых голов этого пережитка прошлого, но стоило вышвырнуть всего двух особо непонятливых идиотов из приюта обратно в суровую жизнь банды, чтобы остальные стали как шёлковые, усвоив простую истину — единственным авторитетом является глава Кагуя и тот, на кого он укажет.
Второй шаг находился в процессе исполнения — после длительных размышлений и проверок приближённых шиноби теневым шпионом, Хисато решился на повышение их силы путем совместных тренировок и помощью в освоении новых ниндзюцу кеккей генкая, помня о том, что короля играет свита, несмотря на весь риск подобного. Имелся вовсе не маленький шанс того, что «ученички» однажды решат занять его место, но несколько нюансов психологии Кагуя весьма ограничивали способы, которыми это можно было сделать — личная битва один на один перед всем кланом, чтобы силой доказать право властвовать над остальными или турнир при неожиданной кончине главы, так что пока канпеки нингё демонстрировал несомненное превосходство над выбранными джонинами в «тренировочных» боях, опасность оставалась минимальной. Необходимо только развиваться быстрее возможных конкурентов и потихоньку тянуть их за собой.
Тихое устранение не котировалось среди кровожадных отморозков, благодаря чему Киято вовсе исключался из списка конкурентов, запятнав себя «недостойным» поведением. Его боялись и избегали, но не уважали. Строго говоря, он оказался самым опасным, опередив даже Дензиро со старейшинами и в тоже время с наименьшей мотивацией на предательство, в отличие от других соклановцев. Проведя настоящее расследование прошлого данного подчиненного, Хисато получил стойкое подозрение, что джонин обладал весьма приемлемыми моральными качествами — ни разу не оказался замечен за насилием над детьми, слабаками или не заслужившими того женщинами, успешно женат, имеется маленький сын и в семье доброжелателен — и устраивал регулярный террор Кагуя исключительно ради своей с родными спокойной жизни. Подавляющее большинство убитых им «товарищей» были теми ещё мразями.