Проклятые монахи каким-то образом мгновенно вычисляли не искренних послушников и выпроваживали из храма, хорошенько поколотив.
— Пфф… — Ао проворчал что-то неразборчивое, но спорить с данным утверждением не стал, прекрасно зная ситуацию.
Данная информация в Киригакуре не скрывалась и о постоянных неудачах знали все джонины, которые хоть что-то из себя представляли.
— Даже если ты ему не доверяешь, хороший ирьёнин нам всегда пригодится, — вздохнул Сухаши, — присматривать за нашим гостем отправлю Исани-чан, так что можешь спать спокойно.
— До тех пор, пока не заявятся остальные монахи, добавляя новой головной боли, — был ему ответ.
— Раз ничего не можешь сделать — просто расслабься, Ао, иначе перегоришь, — хмыкнул Юки и помахав рукой, выскользнул из кабинета.
Посмотрев ему вслед, джонин скривился и с силой потерев лицо, вернулся к работе с документами, на время выбросив неоднозначного союзника из головы.
Глава 9 Мизу но Куни. Основной остров. База повстанцев. Канпеки нингё монах Ишигава
Учитывая, на базе какой деревни он находился, повстанцы они там или нет, Ишигаве стоило бы ожидать, что просто так заселиться и взяться за работу у него не получится. Не прошло и трех дней с момента, когда канпеки нингё взял на себя руководство над местным лазаретом, оказавшись наиболее опытным ирьёнином среди откровенно не блиставших талантами коллег, как местные решили проверить его на прочность, несмотря на статус посла и союзника.
Ишигава сомневался, что к этому как-то причастен командир базы — Ао производил впечатление серьезного, разбирающегося в политике человека — вот только, это не помешало второму сильнейшему шиноби заявиться к нему прямо во время проводимой операции и вызвать на бой. Типичное поведение среднего туманника, не отягощенного излишним разумом и предпочитавшего решать все проблемы силой… или притворявшегося таковым.
В любом случае, под десятками оценивающих взглядов, монаху не оставалось ничего другого, как принять вызов, назвав конкретное время «тренировки» — местные ценили силу и в некоторой степени происхождение, так что отказ означал уравнивание его до уровня стандартного отношения к ирьёнинам, со всеми вытекающими последствиями. Вот только в отличие от Ирьё-ха повстанцев, почти целиком состоявшее из клановых, у монаха подобной сдерживающей черты не имелось и даже статус представителя Великого Храма Воды не производил на окружающих должного впечатления. Монахи с ниндзя не контактировали в обычной жизни, не говоря уж о поле брани и в большинстве своем, понятия не имели, что дорожные посохи служат не только статусным предметом, но и смертоносным оружием в руках владельцев.