Вчера я хотел сразу поговорить с Кингом, но он отложил нашу встречу на утро. И сейчас я понимаю, что это было правильным решением. Я с трудом помню, как добрался сюда. Человек Кинга забрал меня из желтой зоны, долго вез на машине с наглухо тонированными стеклами. По прибытию обработал мои многочисленные ссадины, царапины и порезы — явно со знанием дела. Дальше уже все совсем как в тумане. Так что тогда я был не в том состоянии, чтобы вести столь важный для себя разговор.

Но готов ли я сейчас?

Я выбрался из кровати, и квартира, отреагировав на это, окончательно ожила. Окна в обеих комнатах постепенно стали прозрачными, впуская свет утреннего солнца. Небо снаружи оказалось таким голубым и чистым, что я даже засомневался, настоящий ли это вид или просто видео.

Не удержавшись, подошел к окну, ступая по мягкому светлому ковру. Остановился вплотную к стеклу, невольно замерев от раскинувшейся передо мной панорамы.

С такого ракурса Бостон мне еще видеть не доводилось. Разве что в каких-нибудь рекламных роликах. Квартира располагалась на верхних этажах одного из небоскребов зеленой зоны, и большая часть города отсюда была видна как на ладони. Серебристо-зеркальные шпили соседних высоток, многополосные автомагистрали в самом низу — с их нескончаемым потоком машин, снующим по сложным развязкам. Над ними целыми роями сновали пассажирские коптеры, похожие на огромных стрекоз. Жилые кварталы перемежались с парками, торговыми центрами, спортивными сооружениями. При этом — ни одного типового здания. И много зелени. Деревья и газоны были повсюду. Небольшие скверы, аллейки вдоль дорог. Даже на террасах и крышах некоторых зданий.

С трудом отыскал взглядом стену внутренней дамбы, за которой начиналась желтая зона. Виднеющиеся за ней старые здания и промышленные зоны отсюда были похожи на штабеля грязных грузовых контейнеров, а уж ближе к побережью и вовсе громоздились какие-то ржавые руины.

Вспомнилось вдруг, как я ехал с Джулией из интерната в девятый округ и смотрел издалека на блестящие башни небоскребов. И мечтал, что когда-нибудь я окажусь здесь и посмотрю на город уже с другой стороны — сверху вниз.

Ради этого я готов был вкалывать сутки напролет. Еще начиная со старших классов интерната строил планы — как устроюсь на курсы инженеров, буду работать, копить на высшее образование, учиться дальше. Ступенька за ступенькой подниматься по лестнице социального рейтинга. Это всегда было важно для меня — стремиться вперед и вверх. Пусть я даже сам для себя не мог ответить на вопрос, зачем мне это. Я знал лишь, что не хочу мириться со своим положением. Не хочу останавливаться.