— Подкрепление уже на подходе. Десять, может, пятнадцать минут.

— Хорошо. Но, надеюсь, они не понадобятся.

Входя в лифт, он жестом остановил Хоффмана, шагнувшего следом за ним в кабину.

— Я пойду один.

— Сэр, но…

— Это приказ! Займись пока тем, о чем я говорил.

Когда створки кабины сомкнулись, Кинг позволил себе ненадолго расслабиться и с шумом выдохнул воздух. Сейчас он чувствовал себя будто боксер, готовящийся выйти на ринг. И во многом так и было. Надо же, этот вечно полупьяный щенок бросил ему открытый вызов! Кто бы мог помыслить о таком еще полгода назад…

Хоффмана он отозвал совершенно осознанно. У кабинета сейчас наверняка целая дюжина людей Майлза, так что глупо соваться туда в сопровождении одного-единственного телохранителя. Будет выглядеть жалко, как жест отчаяния. Лучше уж совсем без охраны — дать понять, что он не боится.

В целом Кинг прекрасно понимал, зачем Джастин устроил весь этот балаган. Реальная опасность минимальна — Майлз-младший не идиот, чтобы устраивать бойню в центре зеленой зоны. Он догадывается, что каждый квадратный метр отеля напичкан камерами, и в случае покушения на жизнь владельца вся информация о нападении уйдет в полицию раньше, чем тело жертвы упадет на пол.

Да, паршивец наверняка хочет избавиться от него, ту можно даже не строить иллюзий. Так же, как избавился от отца, от Дайсона, от Гордона, от Гендерсона… Кинг был уверен, что за крахом старой команды Конрада стоит именно Джастин. Но никаких доказательств у него пока не было. Не то что доказательств — даже малейших зацепок.

Но то, что происходит сейчас, — это не попытка его устранить. Просто психологическое давление. Джастин хочет вывести его из равновесия. Чтобы он испугался, занервничал, почувствовал себя беззащитным даже в собственном отеле.

Черта с два!

Кинг уверенной неторопливой походкой прошел по коридору до китайского люкса — одного из самых роскошных номеров отеля — отделанного в восточном стиле, с кучей подлинных антикварных украшений. Даже не взглянув на двух застывших у дверей громил в зеленовато-серой тактической броне, вошел внутрь. Еще трое расположились на большом диване в гостиной. Еще двое — у дверей в рабочий кабинет.

Он усмехнулся. Так кто кого боится-то, мальчик?

Китайский люкс действительно был его любимым номером «Наутилуса». По сути, его второй квартирой — здесь он частенько жил, когда бывал в этой части города, и последние полгода номер вообще не сдавался постояльцам. Кинг перевозил сюда все больше личных вещей, а уж кабинет и вовсе обустроил так же, как дома. Поэтому, увидев Майлза-младшего, вальяжно развалившегося в его кресле за письменным столом, не удержался от недовольной гримасы.