Звучит как-то… тревожно.

Пробормотав под нос какое-то ругательство, я вышел в игровое меню и завершил сеанс. Вылез из капсулы, то и дело поглядывая на браслет смарткома. Но новых сообщений не было. Да и последнее было похоже на экстренное, сделанное в последний момент.

После затяжного нахождения в капсуле хотелось в туалет, а еще — помыться, размяться, перекусить…

А, собственно, почему бы и нет? Пока есть возможность — надо ее использовать. Я быстро сгонял в ванную, потом переоделся. Заглянул в холодильник, который уже успел основательно опустошить за эти дни.

Прошло еще около четверти часа, но ничего не происходило. И это, честно говоря, все больше раздражало. Напоминало издевки Марино и его дружков в интернате — в детстве они частенько, зажав меня в угол, угрожали расправой, но не немедленной, а, скажем, завтра или послезавтра. И потом целый день ходишь на нервах, невольно оглядываясь и ожидая подвоха из-за каждого угла. Примитивная, но действенная тактика запугивания. Марино много крови мне попортил таким способом, пока я не стал старше и не перестал вестись на этот трюк.

Вот и сейчас я постарался просто отбросить волнение. Какой смысл дергаться, если ничего не известно, а повлиять на ситуацию я вряд ли смогу? Кинг предупредил меня — и на том спасибо. Хуже было бы, если бы меня вынули тепленьким прямо из капсулы…

Со стороны входной двери донесся длинный переливчатый сигнал.

Я как раз жевал кусок сэндвича, и движения челюстей невольно замедлились.

Звонок повторился.

Это точно не Хоффман — тот звонит коротко, деликатно. И только один раз.

На пороге оказался черноволосый мужик лет тридцати в помятой белой рубашке, расстегнутой до самого живота, в синих с отливом брюках, явно от строгого делового костюма, но при этом в легкомысленных белых кроссах со светящимися неоновыми полосками на подошвах. Он стоял сгорбившись, упираясь одной рукой в стену рядом с дверью, а второй прижимая ко лбу банку с каким-то напитком.

— Уфф… Извини, башка раскалывается, — пожаловался он и, не спрашивая приглашения, прошел в номер, заметно пошатываясь. — Это все долбаный Маккалан. Не хотел же больше пить…

— Кто такой Маккалан? — переспросил я, просто чтобы поддержать разговор.

Ситуация была немного нелепой. Похоже, ко мне забрел один из постояльцев отеля, не успевший протрезветь после ночных возлияний. Надо бы как-то его выпроводить побыстрее…

Однако уже следующей фразой незнакомец опроверг мои догадки.

— Так ты, стало быть, и есть Террел Фрост? — уточнил он, отнимая, наконец, холодную жестяную банку ото лба и окидывая меня заинтересованным взглядом. — Ха, ну ты и здоровый! Сколько в тебе росту, метра два? И тебе же вроде лет семнадцать?