— Но если после двух подряд смен ранга жди третью… — задумчиво начал я. — Или это не всегда так?

— Практически всегда, — ответила Андана. — Или один — или минимум трое. Есть такая теория, что слугам родовая сила помогает. Они, конечно, не аристократы, но кровная клятва — тоже довольно сильная штука. Правда, как ты понимаешь, официальных данных на эту тему нет.

И не может быть. Даже если бы получилось собрать доказательную базу, то подобной информацией никто делиться не стал бы.

— А четвертого ждать? — хмыкнул я.

— Возможно, — слегка улыбнулась Андана. — Нормальный размер волны — от трех до пяти магов. Если у нас есть кто-то еще, кто близок к смене ранга, то вполне вероятно, в ближайшее время у него все получится.

Вот бы еще эта волна на весь клан распространялась. Давно пора бы уже или Мохини, или Дхармоттара привести ко мне хоть кого-нибудь со свежим рангом.

Ну и кстати, Абихат же у нас недавно сменил ранг. Может, и Мохини поймают эту загадочную «волну»?

— Ясно, — улыбнулся я в ответ. — Спасибо, милая.

— Не за что, — просияла Андана.

Наш кортеж как раз остановился перед воротами в резиденцию клана Дамаяти.

Проверять нас не стали, номеров машин и беглого взгляда на наши лица через стекла машины хватило. Уже через пару минут я вышел из машины на гостевой парковке и подал руку жене.

— Идем, милая, твои родичи нас уже заждались, наверное, — улыбнулся я.

Андана одним плавным движением выскользнула на улицу, привычно прильнула ко мне сбоку, и мы двинулись в сторону особняка Дамаяти.

* * *

Ужин прошел весело.

Дамаяти — довольно большой род, почти два десятка человек, и они все собрались за столом, включая малолетних детей. Точнее, совсем мелких, дошкольного возраста, детишек не было, но и остальных хватало.

У Дамаяти не было особых строгостей за столом. Чувствовалось, что здесь и сейчас все родичи чувствуют себя свободно и раскованно. Дети смеялись, взрослые перешучивались и добродушно подкалывали подростков, которые пытались казаться важными и сдержанными. Глава клана и его жены смотрели на все это с легкой улыбкой и то и дело аккуратно осаживали кого-то, кто рисковал перейти грань. Они и правда были одной большой семьей.

Тем удивительнее мне было понимать, что мою жену тут прежде не любили. Казалось бы, такое дружное семейство должно было нормально ее принять в свое время.

Хотя, может, это ее вина, не знаю.

К нам, — и к ней особенно, — сейчас отнеслись почти как к своим. И непохоже это было на какое-то искусственное уважение.

Андана поначалу держалась очень скованно, но к концу ужина даже она оттаяла.