Наследный принц бросил на отца вопросительный взгляд.

— Для любого внешнего игрока клан — это все равно лицо страны, — пояснил император. — Он прежде всего индиец, и только потом клан. И так с любой страной. Я слышал, конечно, шепотки о том, что неплохо бы создать институт международных кланов, но этого никогда не будет. Признать на международном уровне клан — это опасно близко к тому, чтобы признать новое отдельное государство. Ни одному здравомыслящему правителю это в голову не придет.

— Раджат и в ситуации с Лакшти выступил на нашей стороне, — напомнил наследник.

— Как и полагается любому клану, — пожал плечами император. — Кланы были и остаются военным резервом страны. А страна — это мы, императорский род, в первую очередь. К тому же, не забывай, первыми войну с кланом Раджат начали Лакшти. И это тоже незаконно, в общем-то.

— То есть ты хочешь сказать, что в качестве члена клана Лакшти будут неопасны? — уточнил наследный принц.

— Да, — уверенно кивнул император. — Ты сам подумай, кто вообще захочет брать к себе опальный род с уничтоженной репутацией? Особенно если мы во всеуслышание заявим, что вступление в клан для рода Лакшти — единственный способ выжить? Да его такими кабальным условиями в клане повяжут, что они даже выйти из клана не смогут еще как минимум несколько столетий.

— Мелкие и средние кланы отпадают сразу, — ответил наследник. — Остаются те, кто потянет подобные репутационные потери. И те, кто при этом сможет обуздать древнего мага.

— Великие кланы, — вновь кивнул император. — И то не все. К юнцам Мехта вечный род Лакшти сам не пойдет. Махападма как их извечный противник тоже отпадает. Харибхада чересчур осторожные, они и звать к себе Лакшти не будут. Остаются Сидхарт, Джуоти, Даянеш и Тикту.

— Ты забываешь о непризнанных великих. И о Раджат.

— Раджат их не возьмет, — отмахнулся император. — Парень слишком трепетно относится к своему клану, да и с Дхармоттара Лакшти никогда не ладили. К тому же еще недавно Раджат сам был на ножах с наследником Лакшти. Наороджи уже слишком много получили от Раджат, они тоже не станут связываться с Лакшти.

— Олару? — предложил наследный принц. — Если Сидхарт не примет Лакшти сам, его союзники вполне могут взять это на себя.

— Олару от Сидхарт получили не меньше, чем Наороджи от Раджат, — покачал головой император. — Если Сидхарт не возьмет Лакшти, то и Олару их не возьмет. Тогда уж Пангетсу скорее.

— То есть у Лакшти всего пять вариантов, — сделал вывод наследный принц. — И ни с одним из этих кланов Лакшти никогда не были особенно близки. Кроме Сидхарт, пожалуй.