Скорее уж, приглашения от Кишори могли бы помочь сократить число зрителей.

— Как будем контролировать выполнение условий дуэли? — спросила Амалея Кишори.

— Магическая клятва, — бросил Дхармоттара.

А я с интересом уставился на Минто Кишори.

Обыскивать аристократов на предмет наличия артефактов и накопителей — это оскорбление. Но и магическая клятва — требование на грани. А на слово я ему не верю, и глава рода Кишори прекрасно это понял. Не зря же вскинул на меня злющий взгляд.

Я лишь слегка улыбнулся в ответ.

Амалея Кишори покосилась на отца, который так ничего и не сказал, и неохотно кивнула.

— Подведу итог, — сказал она. — Дуэль состоится послезавтра в полдень на полигоне Академии Магии. Без какого-либо оружия и артефактов, включая накопители. Только личная магия и шакти. Контроль дуэлянтов — магическая клятва. Я ничего не упустила?

— Все верно, подтверждаю, — кивнул Дхармоттара.

— Тогда моя задача как секунданта на сегодня выполнена, — слегка улыбнулась Амалея Кишори. — Позволите остаться на обсуждение мирного договора?

Смотрела она при этом не на отца, что было бы логично, а на меня.

Еще одна провокация?

— Если глава вашего рода позволит, я не против, — ответил я.

— Пусть остается, — махнул рукой Минто Кишори и устремил на меня тяжелый взгляд. — Что у вас за требования к мирному договору, господин Раджат?

Обсуждение мирного договора затянулось еще часа на два.

Как я и предлагал, мы согласовали в итоге сразу две версии. Одна реализуется в случае победы Минто Кишори, другая — в случае моей победы.

В обеих версиях общим оказалось только одно условие: завершение войны.

Кишори попытался было пропихнуть в условия мир между родом Кишори и кланом Раджат на следующие пятьдесят лет, но я это условие не пропустил. Наследника рода Кишори я в глаза не видел и понятия не имею, что он за человек. Может, он чудить будет не хуже отца.

А опираться в таких вопросах на мнение чужих людей — не вариант. Ребира Мехта говорила как-то, что дети Минто Кишори пошли не в него, но это мнение одного-единственного человека. Связывать себе руки на этом основании глупо.

Да и зачем мне-то этот мир? Со временем пропасть между родом Кишори и моим кланом будет только увеличиваться. Сам я нападать не горю желанием, но если понадобится, я их все-таки раскатаю.

А вот отбиться от моих условий Кишори не смог.

После моей победы на дуэли род Кишори должен будет не только принести публичные извинения за действия своего покойного главы рода, но и выплатить двести миллионов в качестве отступных.

Ну и, разумеется, ни о каком возврате их бывшей собственности, которую мы уже захватили, не будет идти и речи. Военные трофеи — это святое.