Никаких намеков ни на пулеметные вышки, ни даже на магическую защиту здесь не было.

К въездным металлическим воротам базы вела асфальтированная дорога. Она была ровно в одну полосу шириной. Даже странно, как они два встречных грузовика на ней разводили? Или тут все исключительно на джипах ездят, а дорога — одна видимость?

От ближайшей трассы базу отделяло километров тридцать, местность вокруг была крайне пустынной. Ближайший поселок располагался километрах в пятнадцати на восток. И в ту сторону даже тропинок не было.

Операцию мы решили проводить днем. Если тут действительно настолько серьезный объект, как опасался Астарабади, то от времени суток мало что изменится. Лишних людей здесь наверняка нет, а остальные живут — и спят в том числе — по сменам.

Разве что видимость днем получше. И это сыграет на руку скорее нам, а не противнику. Они-то свой объект должны и так наизусть знать.

Я немного изменил положение, чтобы мышцы не затекали. Мне еще почти час тут валяться, пока все группы не займут исходное положение.

Моя правая рука неудачно зацепилась за какую-то неровность, я машинально бросил взгляд на запястье и в очередной раз усмехнулся. Эта гроздь сигнальных браслетов не уставала меня изумлять. Ну до чего же они тут извращенцы, а! Вместо того, чтобы изобрести нормальную технику, на каждой спецоперации командир вынужден обвешиваться массой магических сигнальных браслетов.

И все равно это неудобно, всего заранее не предусмотришь.

Мне досталось аж шесть браслетов. По одному от каждой группы, которой, возможно, потребуется моя помощь. Точнее, пять браслетов от групп и один — это связь с Астарабади. Сегодня операцией командует именно он.

Я, Асан и Андана сегодня должны будем сыграть роль мобильного резерва.

Никого из нас троих не учили взаимодействию с неодаренной пехотой, так что толку от нас в сработанных штурмовых группах не было бы никакого. Но и разбрасываться магами здесь не принято, слишком их мало в этом мире. Поэтому при разработке плана нас выделили в самостоятельный отряд.

Точнее, сначала этот отряд состоял из меня и Асан. А после разговора с Анданой пришлось включить туда и ее. Пусть лучше девчонка под присмотром будет, а то, чую, выкинет она что-нибудь неадекватное в мое отсутствие. Слишком давно она взаперти сидит, слишком бурлят в ней сейчас эмоции. Пусть спустит пар на врагов.

Да и я на нее в бою гляну. Мало ли, вдруг окажется, что зря я не хочу видеть в ней боевика. У аристократов жены — это всегда последний рубеж обороны, и знать, что у твоих детей есть шанс, даже если ты сам умрешь, дорогого стоит.