Оставшиеся пять групп составляли в основном простолюдины, маги первого-второго ранга. Семьсот человек начальных рангов.

М-да, все еще хуже, чем я думал.

Слабосилков первого-второго ранга в моем прежнем мире даже учить магии не стали бы, бессмысленно тратить на них ресурсы. Кто-то из них наверняка однажды возьмет третий ранг, но вряд ли это произойдет в ближайшие годы. А все остальные так и останутся способны лишь на забавные фокусы.

По факту, в этом мире просто катастрофически мало магов. И мне теперь стало очень интересно выяснить, почему.

Академия Магии здесь вообще одна-единственная на всю страну. Она, конечно, огромная, но неужели это правда все? Двести пятьдесят более-менее перспективных магов-одногодок на всю страну?

Откуда тогда у меня, в очень слабом роду, два десятка магов-слуг? При таком раскладе магов даже великим кланам должно не хватать, не говоря уже об остальной аристократии. А они тут еще и какое-никакое магическое производство ухитряются поддерживать. Как?

Очень много вопросов породил у меня простой подсчет студентов. Надо покопать эту тему поподробнее, благо библиотека Академии в моем полном распоряжении на ближайшие два года.

* * *

В ресторан я вошел за пять минут до назначенного времени встречи. Впритирочку успели.

Надо будет уточнить потом у своих, это точный расчет или удача? Опаздывать на встречи недопустимо. Даже если это встреча, как сейчас, всего лишь с мафиозным главарем.

Саид Барелви вместе с двумя телохранителями уже ждал меня в центре зала. И, кроме них, в зале никого больше не было. Барелви выкупил весь зал на этот вечер, похоже. Красивый жест, конечно, и наверняка дорогой, но меня таким не впечатлить. Как и любого аристократа, пожалуй. Разве что совсем малолетку.

А, точно! Все время забываю, что моему телу шестнадцать лет.

За моей спиной сегодня были Асан и Рам. Не то чтобы я ожидал проблем от этой встречи, но перестраховаться мне это не помешало.

Я пересек зал и остановился около единственного занятого стола.

Барелви был крупным мужчиной, но при этом казался очень худым. В моем мире о таких говорили «широкая кость». На вид ему было лет пятьдесят, но эти простолюдинские пятьдесят уже граничили со старостью. Казалось, еще пару лет — и он станет дряхлой развалиной.

На нем был светло-серый костюм-тройка, а из верхнего кармана пиджака выглядывал треугольник белоснежного платка. Старомодно, как по мне, но о вкусах не спорят. Барелви явно хотел казаться этаким респектабельным буржуа. Его синие глаза при этом были глазами матерой акулы. Такие же равнодушные и холодные.