Мне пришлось добавить:

— Со временем я, вполне вероятно, я смогу… поспособствовать вашему вхождению на столичный рынок.

У Муджариа загорелись глаза. Ну наконец-то.

Договоренности, основанные на страхе, долго не работают. Это сейчас он обещает мне присмотреть за моим бизнесом в Лакхнау и обеспечить отсутствие проблем со стороны теневого мира. Вполне вероятно, он даже сдержит слово.

Однако будущие перспективы, которые выгодны нам обоим, — это куда более весомо. Ради этого он сделает намного больше.

А я, соответственно, смогу совершенно спокойно забрать с собой в столицу практически всех своих людей, кто непосредственно не связан с бизнесом в Лакхнау. Уверен, через год это станет каплей в море. Но ложка дорога к обеду, и ресурсы мне нужны именно сейчас.

И если Муджариа сможет мне обеспечить спокойный тыл, я его не забуду. Уж что-что, а помнить и добро, и зло аристократия умеет веками.

— О да, мы сможем быть очень полезны друг другу, господин Раджат! — с предвкушением оскалился старик.

*****

Рамакхат Готам задумчиво наблюдал за встречей юного господина с Сайтаром Муджариа. В качестве ближней охраны с Шахаром на этой встрече были Асан и Карим. Две малые группы Рама обеспечивали контроль периметра.

Безопасников рода к этому мероприятию решили вообще не привлекать.

Слишком уж хорошо в Лакхнау знали Марну, в том числе и в лицо, успела скандинавка знатно тут покуролесить в свое время, прежде чем попала на службу в род Раджат. С тех пор и ее, и ее людей не только теневой мир, но и многие, кто хоть что-то из себя представлял, старались отслеживать просто из застарелых опасений. И пусть получалось это далеко не всегда и не у всех, но в лицо большинство безопасников рода Раджат в Лакхнау давно запомнили. Тем более, они прежде и не скрывались, занимаясь делами рода.

Асан никогда не участвовала в делах рода, а в последние годы в принципе практически не покидала родовое поместье. Карим до недавнего времени был всего лишь лидером небольшого отряда родовой гвардии, его тоже никто не знал в лицо.

Их с Шахаром отправили без каких-либо опасений привлечь лишнее внимание.

А из диверсантов в городе открыто мелькал только сам Рам. Остальные жили как законопослушные граждане, лишь изредка перевоплощаясь в безликие тени в масках. И как раз для Рама один артефакт невидимости имелся в наличии.

Сейчас Раму представился, по сути, первый шанс изучить юного господина повнимательнее. Отдельные короткие контакты все-таки не дают полной картины.

Муджариа пришел на встречу взвинченный, заранее злой и готовый сильно прогибаться, лишь бы сохранить свою жизнь и положение. Еще вчера он был главарем третьей по силе банды и не мог не понимать, что уже завтра может получить реальный шанс подмять под себя весь город. Да он о таком и мечтать-то не смел.