Они же были людьми, в конце концов.

Империя начала шататься еще при сыне Грозного — Дмитрии. И, опять же, не будь под сердцем огромного государства территории Закарпатья, ставшей вотчиной Герцога Ада, ее бы постигла участь всех прочих быстро возникших и внезапно расширившихся стран.

Плюс еще и наследник первого императора оказался куда более мягким правителем, нежели его отец. Большую часть жизни он занимался тем, что пытался удержать расползающееся наследие родителя — получалось, правда, так себе. Действовать Дмитрий предпочитал дипломатическим путем, чем позволил возникнуть целой группе так называемых партий «возрождения «Европы. Польша, Литва, Балканы, Пруссия и Испания с Францией, прожив всего одно поколение без постоянной угрозы вторжения сил Преисподней, начали говорить о независимости и свободе от руки «московского» царя.

Сперва робко — просили. Когда поняли, что император Дмитрий гораздо более терпимый правитель, чем его отец, стали требовать. Затем — поднимать восстания. Плохо организованные, с момента своего зарождения обреченные на гибель, но их были десятки по всей стране. Империя вводила в города солдат, применяла магию по площадям, не разбирая, по восставшим бьет или по далеким от политики гражданам. Однако гибель государства для понимающих людей была уже вопросом времени.

И снова Третий Рим «спасли» демоны. Успевшие забыть, каково это, когда орды Низших несутся по странам, сжирая все и всех на своем пути, люди с ужасом обнаружили, что Ад никогда, в общем-то, и не прекращал попыток полностью подчинить мир людей. Гон прокатился по Восточной Европе через Балканы и закончился на территории Османской Империи. Появление второй Геенны заставило самых говорливых политиков и влиятельных дворян позакрывать рты. И вновь сплотиться вокруг русского царя.

Не всех. В частности, не Олельковичей. Предок Сигизмунда одним из первых увидел закономерность — связь империи и Геенны, которая никогда не позволит появиться на мировой карте такому государству, как Польша или Литва. Проблемой были не русские князья, захватившие всю Европу и теперь правившие ею железной рукой. И не демоны, большую часть времени не вылезающие за Пелену. Совокупность этих двух факторов являлась настоящим препятствием на пути к свободе и независимости. Ведь пока существует внешняя угроза и сильный необоримый враг, любое государство будет крепким и монолитным в своем ему противостоянии.

Чтобы победить обоих врагов, нужно было использовать ресурсы одного из них. В хороших отношениях с русскими бывшие правители Польши никогда не находились, поэтому Адриан Олелькович сделал ставку на Герцога Ада Вапулу. И четыре поколения спустя эта сделка начала приносить свои плоды. А трон под Рюриковичами снова зашатался.