Нины. После ее смерти он избавился почти от всего, и даже заменил мебель. Теперь

вместо легкомысленных светлых гарнитуров, комнаты загромождали их собратья, только

были они сплошь темные, «под старину».

Часть вещей зачем-то забрала толстая бухгалтерша: куда ей? Особенно много она взяла

обуви. Остальные посоветовала продать на «Авито». Брендовая одежда и сумочки

разлетелись за несколько дней. Особенно запомнилась продажа норковой шубы, за

которой явилась дама столь необъятная, что Сергей испугался – начнет сейчас

примерять и треснет меховое изделие по швам.

– Это 48-ой размер, - тактично проблеял он, почувствовав себя приказчиком в лавке

позапрошлого столетия.

– Неважно, - пробасила дама, щуря глаза, прикрытые опахалами ресниц.

Черные, густо нарисованные брови, хмурились, выискивая изъян, из-за которого шуба

продается дешевле. Монументальная, как гипсовая скульптура покупательница,

встряхнула мех, накинула на плечи, покрутилась перед зеркалом и, переведя деньги,

молча удалилась. На ее фигуре шуба смотрелась полушубком.

Было и смешно, и любопытно. Но Сергей так устал торговать женским тряпьем, что

постарался эту тему из головы выкинуть, а оставшиеся по мелочи вещички, отдал в

благотворительность.

Мысли вновь закружили вокруг Ани и Дэниэля. Как же он рад, что его девочка снова с

ним. Повзрослела, многое поняла…А Лена, получается, так от ревности и корчится. С

самодовольной улыбкой хлебнул чая, расслабленно откинулся в кресле, покачивая ногой

в воздухе. Спохватился, уставившись на повисший на кончике пальцев тапок. Опять

забыл! Лисёнок же на дух не переносит, когда он в тапочках.

– Ну, ты же не старый дед… - капризные губки сложены в бутончик.

Побежал прятать в прихожей. Поджал босые пальцы: жаль, конечно, в меховушечках так

уютненько. Почему-то ступни всё время мерзнут, так и тянет что-нибудь потеплее

натянуть.

Распрямился, взглянул придирчиво в зеркало, прищурился и наклонился ближе. Хорошо,

что он светлый, седины не видно. Проверил, не собралось ли что в уголках глаз,

дыхнул в ладошку и на всякий случай отправился в ванную за ополаскивателем с мумие.

Лисёнок приехала поздно. Устало опустилась на пуфик в прихожей, вытянула ножку,

ожидая, когда Сергей расшнурует и снимет белые конверсы.

– Ох, устала, Сержик… Так устала, - зевнула Алиса, глядя перед собой сонными глазами.

– Но как же? Я хотел посидеть на балконе… гитара вот…

Сергей с сожалением развел руками.

– Завтра, ладно? Тем более там дождь накрапывает… Я спать. Так хочу спать, -

мурлыкала Алиса, посылая воздушные поцелуи.

А ему не спалось. Нацепив очки и сунув ноги в тапки, долго читал в гостиной, потом