рассыпался под тяжестью ее счастья.

– Паша? Ты… откуда? – растерянно спросила Аня, делая шаг назад.

– Привет, Ань, - прохрипел Пашка, чувствуя себя мародером.

Как рассказать ей о том, что разрушит её мир? Страх смешивался с отчаянием. Страх

перед реакцией Ани, страх перед тем, что она ему не поверит, что она обвинит его в

клевете, что она откажется увидеть правду. Страх перед тем, что он потеряет её

навсегда, даже если она узнает правду. Когда она узнает правду.

Паша чувствовал себя безоружным. Он заложник ситуации. Обстоятельства раздавили его

между любовью и желанием помочь. Он знал, что молчание будет равносильно соучастию в

обмане, но слова, которые он хотел произнести, застревали в горле. Что, если он не

сможет убедить её? Что, если она выберет остаться с Дэниелем несмотря ни на что? Эта

мысль ледяной рукой сжимала сердце.

– Нам нужно поговорить… - выдавил он срывающимся голосом.

Аня улыбнулась, но улыбка была какой-то вымученной.

– Сейчас? Но о чем? Паша… если опять о нас, то…

– Нет, - мотнул головой Пашка. – Не о нас…

Аня пристально на него посмотрела, шевельнула губами, будто хотела что-то сказать, но

промолчала и открыла шире дверь, приглашая войти.

Запоздало зазвенело в голове предупреждение: а если сейчас придет Дэн и застанет ее

тут с Пашкой? Во рту мгновенно стало сухо, а внутренности скрутило в узел.

Вспомнился летящий в нее ноутбук и перекошенное злобой любимое лицо.

Паша открыл рюкзак и вынул планшет. Сердце ухнуло вниз, будто шагнул в пропасть. Он с

отчаянием взглянул на Аню: можно еще уйти и не становиться палачом.

Стиснув зубы, развернул экран. Дэниэль оказался осторожен и не оставил голосовых.

Если бы Аня послушала его сообщения, было бы проще. И действеннее. Однако и

переписки с Ангелом достаточно, чтобы понять, что Дэн не просто изменяет, а мечтает

уехать с ней, когда это станет возможным.

Аня недоуменно нахмурилась, взяла планшет в руки и принялась вчитываться в текст.

Пашка на нее не смотрел. Не мог. Внутри всё горело, и жалел он сейчас только об

одном. О том, что Дэна здесь не было.

Набравшись смелости, мельком взглянул на Аню. Она по-прежнему внимательно смотрела в

экран. Блики освещали ее лицо, и оно казалось иссиня-белым. Павел отвел глаза. Он

спасал Аню, но при этом убивал в ней любовь.

Кулаки сжались сами собой… Эх, если бы этот хлыщ сейчас оказался здесь, он не слез бы

с него, пока не превратил его морду в кровавую кашу.

Тяжелая и густая тишина повисла в прихожей. Наконец, Аня опустила планшет. Паша

напрягся. Пусть она выплеснет всю боль и отчаяние на него, пусть колотит его, бьет,