“Хорошо, но если в какой-то момент ты передумаешь, скажи мне. Я серьезно, К. Днем или ночью. Позвони мне, и я буду здесь через пять минут, чтобы забрать тебя. ” Он отводит мою голову и берет мое лицо в свои большие ладони, заставляя меня посмотреть ему в глаза.
Он изучает черты моего лица, заглядывая в глаза. “ Но я позволю тебе остаться здесь только при одном условии. Ты должна пообещать мне, что будешь есть. Каждый день. И не просто крекер или одну виноградину. Это единственный способ, который я разрешаю. Если я узнаю, что ты не ешь, я вернусь, вытащу твою задницу отсюда и буду кормить тебя насильно. Ты понимаешь?” он говорит с суровым выражением лица, что нет места для переговоров.
Я киваю головой один раз, и этого, кажется, достаточно, чтобы убедить его. Он прижимается губами к моему лбу, затем отстраняется. “Я вернусь, чтобы проведать тебя послезавтра. Постарайся отдохнуть”.
Он встает и поворачивается к Сайласу, который все еще стоит на коленях, тыча пальцем ему в лицо. “ Убедись, что она, блядь, поела! И не напрягай ее. Если она не хочет, чтобы ты прикасался к ней или разговаривал с ней, ты не разговаривай с ней, и уж точно, черт возьми, не прикасайся к ней!”
Сайлас сжимает челюсть, свирепо глядя на Клея, явно недовольный тем, что Клей говорит ему, что ему позволено и чего не позволено делать с собственной женой, но в конце концов кивает. Клэй проводит рукой по моим волосам и слегка улыбается, затем подходит к девочкам.
“ Пора идти, дамы. Спасибо, что присмотрели за ней, пока нас не было. Но я думаю, что прямо сейчас им нужно немного побыть наедине, чтобы переварить эту ситуацию ”, - говорит он, и все они соглашаются, один за другим подходя обнять меня или поцеловать в лоб, говоря, чтобы я звонила им в любое время, если понадобится.
Когда все уходят, в комнате воцаряется неловкая тишина. В конце концов Сайлас несколько часов сидит на диване, обхватив голову руками. Мы не разговариваем, не смотрим друг на друга. Нас как будто не существует. По крайней мере, мы так чувствуем.
В конце концов, он встает, чтобы приготовить ужин, и в какой-то момент подходит и забирает Майло с моих колен, заставляя его выйти на улицу и заняться своими делами. Он запирает собачью дверь, чтобы Майло не мог сразу вернуться внутрь, но в ту минуту, когда он впускает его обратно, Майло вскакивает и устраивается поудобнее.
Некоторое время спустя Сайлас возвращается и ставит передо мной тарелку с небольшой порцией обжаренного лосося и обжаренной зеленой фасоли, а также бутылку воды. Он откидывается на спинку дивана со своей тарелкой и начинает есть.