— Завидую я вам, Филимон Митрофанович, белой завистью, — вздохнула Света. — А мы в городе зачастую и соседей по подъезду в лицо не знаем.

— Так переезжай, красавица — за чем же дело стало? — усмехнулся Филимон Митрофаныч. — Брошенных Домов в Нахаловке хватает, есть и во вполне сносном состоянии. Поможем всем миром с ремонтом… Да как такой красавице, и не помочь?

— Вы меня прямо в краску вогнали, Филимон Митрофанович! — Заливисто рассмеялась девушка.

— А ты так еще краше! — Парировал старикан. — Будешь первой красавицей на деревне! Значит, по чайку?

— По чайку! — согласно кивнула девушка.

Старичок поднялся на ноги, подошел к окошку, на подоконнике которого стоял электрический чайник. Заглянув внутрь, участковый удовлетворенно кивнул — есть еще водичка, и щелкнул кнопочкой включения питания.

— Посиди пока, — произнес он, подходя к двери, — я сейчас… Варенье только принесу… — Дверь легонько хлопнула за спиной Сильнягина, оставляя Светлану в одиночестве.

— Н-да, — произнесла она вслух, разговаривая сама с собой, — похоже, зря я сюда прикатилась. Ну, откуда в этой дыре драгоценности? Да еще и такого уровня?

Однако, сдаваться вот так запросто, Света терпеть не могла, поэтому решила выжать из сложившейся ситуации по максимуму — опросить еще до кучи и всех обиженных, угнетенных и поставленных на счетчик, почившим криминальным сообществом Сивого и Лома. Пусть хоть эти люди вздохнут спокойно и перестанут вздрагивать по ночам. Хотя, уж если признаться по совести, то какой у наркобарыг контингент? Такой же преступный, как и они сами: местная гопота, опустившиеся наркоманы и проститутки, ворье и другие маргинальные личности. Но опросить их подробненько не помешает, авось, и выплывет что интересное…

Составить план ей до конца таки не удалось: в кабинет участкового без стука вломился какой-то низкорослый плешивый мужичонка в промасляной до черноты потрепанной фуфайке, сжимающий в дрожащих руках большой целлофановый пакет, набитый, судя по виду, то ли мясными «обрезками», то ли свежей требухой. Пакет, естественно, оказался совсем не герметичным, и на чистые половицы мерно закапали большие кровавые капли.

— Митрофаныч, помоги! — прямо с порога бухнул незнакомец, не разобравшись, что участковый в помещении отсутствует. — Митроф-а-а-а… — Взгляд посетителя метнулся из угла в угол в поисках хозяина кабинета и, наконец, сфокусировался на городском следователе. — Ты кто? — Резко остановившись, бухнул мужичонка, словно налетев на прозрачную стену. — Мит-ро-фаныч хде? — заикаясь выдохнул плешивый, еще крепче сжимая руками «горлышко» пакета, словно испугался, что Светлана может ненароком увидеть, что у него внутри. Но кровавые капли, продолжающие разбиваться о деревянные половицы, говорили сами за себя.