Он буквально вырвал Максима из моих рук и начал оказывать ему помощь, уложив на пол. Чётко и хладнокровно.
Егора вывели люди в бронежилетах. Меня оттеснили вбежавшие в дом медики.
Матвею тоже указали на дверь.
Но перед выходом, он взглядом, полным ненависти и страха, вцепился в меня.
- Ранена? - спросил сухо. Сейчас он меня ненавидел.
- Нет.
- Оденься. И вали. Ты уже достаточно сделала, - он швырнул в меня отельный халат.
Но мы остались стоять каменными статуями, не моргая наблюдая за тем, как медики боролись за жизнь Максима.
Глава 44. Ева
Бежать было больно, но я всё равно не желала останавливаться.
Больничный осмотр, дача показаний, пристальные суровые взгляды, ноль сочувствия - всё это осталось позади.
Сейчас я бежала к палате, где находился Максим.
К нему категорически не пускали сутки. Говорили, можно только близким родственникам. Но Матвею удалось договориться, и сейчас я спешила к палате, пока такая возможность есть.
В просторном светлом коридоре, где стоял ряд из четырёх кресел, сидела Люда.
По ней было видно, что она тоже не спала эти сутки, пока Максим висел на волоске от смерти.
- Очнулся? - спросила я, едва она меня заметила.
- Вроде, да. Матвей с ним.
Я рванула к двери, но тут же себя остановила.
Сначала брат.
Я всё равно не знаю, что ему сказать.
Даже стыдно признаться, что я только во время дачи показаний, поняла смысл тех его странных слов о том, что ему очень скоро придётся стать вагинальным шариком.
Он ведь предупреждал. А я ушла в свои эти бабские истерики и обидки, даже не пытаясь проанализировать ситуацию.
Хотя, о каком анализе могла идти речь, когда у меня на глазах разворачивался весь тот кошмар, который мне пришлось пережить всего сутки назад.
- Сядь уже. Матвей только недавно зашёл, - Люда устало откинулась на спинку металлического кресла. Проследила взглядом, пока я садилась с нею рядом. - Тебе разве не больно бегать? У тебя, вроде, рёбра сломаны. Когда они были сломаны у меня, я старалась лишний раз не двигаться и лишнюю порцию воздуха не вдыхать. А ты прям бегаешь.
- У меня просто трещина в ребре и ушиб мягких тканей. Больно, но бегать не мешает.
- Везёт, - хмыкнула Люда. - С любовью бил, походу.
- Угу. Можно и так сказать…
И вновь в памяти взгляд Егора, когда он оказался на полу и молил не бросать его.
К слову, ему тоже оказали медицинскую помощь. Жив, почти даже здоров. Не считая ранения в шею.
- Ну-ка, посмотри на меня, - потребовала Люда и подалась ко мне, заглядывая в рот. Улыбнулась ей. - А я думаю, что ты присвистываешь…
- Потом как-нибудь сделаю. Не ходовая часть, - отмахнулась и тоже откинулась на спинку сиденья, положила рюкзак с документами и вещами на колени. - А ты почему не заходишь? - кивнула в сторону палату.