- Как же я, оказывается, соскучился по родной школе, - мечтательно улыбнулся Рамзин. - Никогда бы не подумал, что здесь найдётся ещё хоть что-то, что меня вставит.
- И давай без твоей этой болтовни, пропитанной смазкой, хорошо? - произнесла я тихо, убедившись, что дети нас не слышат.
- Без проблем, - он поднял руки ладонями ко мне. - С этого момента за смазку в наших отношениях отвечаешь ты.
- Кому я всё это…? - выдохнула себе под нос и резко бросила в него мячом. - Лови!
Глава 7. Ева
Появление Рамзина в школе, похоже, стало самой настоящей сенсацией для большей части женского педагогического коллектива. Ибо я не понимаю, откуда они все взялись на пороге спортзала и вдруг начал так оживленно интересоваться волейболом.
Рамзина с его эти татуировками разве что не под микроскопом разглядывали. А когда он задирал низ футболки, чтобы стереть пот с лица, я даже слышала, как они вздыхали каждый раз, увидев его пресс, который тоже был забит татуировками.
А этот самодовольный индюк этим и пользовался, ухмыляясь каждый раз, когда ловил их восхищенные вздохи и горячие шепотки.
Мы играли в волейбол, разумеется, в разных командах. Павел Валентинович брал меня и Рамзина в качестве усилителей. Хотя, будем честны, мальчишки из десятых и одиннадцатых классов играли получше меня. Высокий рост многих из них позволял «гасить» так, что будь здоров.
Рамзин же превращал каждую партию в арену для флирта. Он специально вставал на поле так, чтобы оказаться под сеткой одновременно со мной. Улыбался мне через клетки сетки, незаметно для всех подмигивал, а уже со второй партии обнаглел настолько, что стал тыкать мне пальцем между рёбер. Не сильно, не больно, но очень раздражающе.
Меня будто отбросило на лет девять-десять назад, когда в старших классах мальчики во время игры делали ровно так же.
И, судя по всему, тот факт, что Рамзин со мной флиртует, заметили мои коллеги.
По первой же их громко сказанной фразе стало понятно, что ближайшую неделю во всех чатах у меня будут перемыты все косточки:
- Ева Александровна, вам сегодня такой красивый букет МУЖ подарил! - крикнула через весь зал химичка, намеренно акцентируя внимание Рамзина на том самом слове.
- Скажешь тоже! - фыркнула историчка. Лет на десять меня старше, кстати. - Там же не букет, там целая корзина цветов. Огромная!
Рамзин спрятал ухмылку, посмотрев себе под ноги. Он тоже всё прекрасно понял.
- Такая же огромная, как его любовь, - поддержала я их трёп, мило при этом улыбаясь.
А затем я наблюдала за тем, как историчка буквально из кожи лезла, изображая, как ей зябко, когда она поняла, что толстовка Рамзина бесхозно висит на одной из ступенек шведской стенки.