Выдохнула.
Пожрать, потрахаться, поспать… План, конечно, шикарный по своей простоте и смыслу. Но лично у меня ни разу не получалось с Егором претворить подобное в жизнь — у него вечно находились какие-то дела и повод сбежать из моей квартиры…
Закусила губу, прислушиваясь к тому, как Ромыч пытается дозвониться в доставку. Пока, кажется, безрезультатно…
Он реально планирует провести со мной все новогодние каникулы⁈ Вдвоём… Нет, понятно, что мы можем ходить в магазин, встречаться с друзьями, гулять иногда, но… вдвоём… Какое-то странное ощущение, до мурашек под кожей…
— Лен! Картошку фри будешь? — от крика Ромки зазвенела посуда в кухне. — И… Что там? А, двойной чизбургер?
Вздрогнула от неожиданности.
— Буду! — крикнула в ответ. — Колу ещё возьми!
Я всё буду, ибо мне действительно сейчас очень хорошо.
Все выходные — это две недели. Жрать, трахаться и спать… Что может быть лучше? В моём мире определённо ничего…
9
Как показали эти полмесяца — Ромка действительно оказался хорошим… другом. И привилегии в нашей дружбе мне тоже определённо пришлись по душе…
Пожалуй, мне не столько нравился сам Ромыч, сколько… я сама себе нравилась в отношениях с ним. Это было действительно круто — в голос ржать над его плоскими шутками даже с набитым ртом и не переживать о том, что я выгляжу в этот момент совсем не женственно; ходить по квартире в футболке без лифчика, тряся так понравившимися ему сиськами при каждом шаге, не стесняясь ни целлюлита, ни отёков, ни помятой после сна физиономии; касаться его при любом удобном случае, точно зная, что он не терпит мои прикосновения, а относится к ним как к должному; бухать по полной программе, размазывая сопли по его плечу и жалуясь на собственную жизнь и мужиков-козлов; спать до обеда, не переживая за завтрак — Ромка вполне мог закинуться батоном с колбасой и при этом выглядеть не менее довольным, чем если бы схомячил изысканное блюдо; слушать истории из его жизни, широко раскрыв глаза и искренне радуясь успехам маленького мальчика Ромашки или переживая разочарования вместе с молодым циничным Ромео…
Выражение «иди нах, Лен» воспринималось мною мало того, что без обид, но даже с каким-то энтузиазмом — после этой фразы Ромка обычно хватал меня локтём за шею, прижимал к своему боку и принимался безжалостно щекотать подмышки, словно только что признался мне в любви. Я в ответ тоже научилась спокойно произносить «иди нах, Ром», но тут же срывалась с места, чтобы не получить шуточный тычок локтём в бок…
Мне было комфортно. Спокойно. Легко. Тепло. Я впервые за долгие месяцы стала крепко спать, не беспокоясь о завтрашнем дне, о том, что будет через неделю, о грядущем лете, о будущем, о проблемах мирового океана, о количестве бездомных кошек в нашем дворе, о пенсии и старости, о нехватке денег, о собственных неудачах и несбывшихся мечтах. Время будто застыло в моменте, но в очень удачном для меня — словно среди лютой зимы я оказалась в уютной сухой берлоге, где есть все условия для выживания…