— Чего? — я аж опешила. — Нет конечно, ты что…
— Ну и я нет. Харе реветь, иди в госуслуги подтверждай заявление, — он с победным видом отложил свой мобильник. Поднял на меня самодовольный гордый взгляд. — Там твоё согласие нужно.
Ошалело захлопала глазами.
— Ром, я не поняла… Ты мне что, предложение сделал сейчас⁈
— Блять, — Ромыч запрокинула голову к потолку, теряя терпение. — Я уже одной ногой женился на тебе, Лена! — он пощёлкал пальцами у меня перед носом. — Очнись! Я всегда знал, что беременность на баб странно влияет, но чтобы до такой степени…
— Ромка, ты серьёзно сейчас⁈
— Уфффф, — он закрыл лицо ладонями. — Лен, мы полгода живём вместе, ты вот сына мне рожать собираешься, и ты спрашиваешь, серьёзно ли я?
— Ромка… — я вдруг затихла, прижав ладони к груди. — Ты что, готов на мне жениться, да? А если… Если мы… Ну… Не сможем… Если разведёмся, как Егор с Маринкой разводились…
— Ну значит разведёмся, — Ромка непонимающе развёл руками. — Ну что теперь? Если вам, бабам, вечно всё не так…
— Рома! — я неожиданно улыбнулась, глядя на этого… будущего отца моей дочки. — А если мы разведёмся, но нам не понравится порознь, ты тоже второй раз на мне потом женишься?
— Лена! Это пиздец, — Ромыч приложил локоть ко лбу, обессиленно откинулся на спинку дивана. — Давай так. Мы щас поженимся, всё как у людей. Но если ты надумаешь потом разводиться, снова жениться, потом опять разводиться… Короче, платить будешь сама. Я не такой богатый, как твой Егор, мне и одного раза за глаза и за уши, поняла?
— Ага, — я широко улыбнулась. Рассмеялась, вытирая слёзы… Снова привалилась к нему на плечо, потянула на себя предпоследний кусок пиццы… — Ром, а друзья точно женятся?
— Ну если они собираются стать родителями, — Ромыч наконец выдохнул, торопливо сгребая последнюю порцию себе, — то точно, Ленок… Не забудь в госуслуги зайти, эй! Расселась она тут, как будто уже замуж вышла и успокоилась…
Эпилог
В окно родильной палаты щедро светило совсем весеннее солнце — большое, тёплое, слепяще яркое. Если не смотреть на заснеженные крыши домов, то можно подумать, что на улице не конец февраля, а начало мая как минимум. Да, погода в телефоне показывала минус восемь, но если лежать на больничной кровати и любоваться только краешком лазурного неба, то невольно тянет помечтать о том времени, когда эта долгая зима наконец-то закончится…
Сын спокойно сопел рядом, завёрнутый с ног до головы в голубые пеленки. Хорошенький, крошечный, реально самый маленький во всём отделении, хотя и полностью доношенный — Ромка говорил по телефону, что он тоже родился мелким, расти начал только в период полового созревания. В итоге перегнал в росте многих сверстников и вон какой богатырь получился!