— Я сейчас… — я напряжённо улыбнулась девчонкам, отступая на шаг и сбегая вниз по ступенькам. — Ром! Погоди…

Ромыч оглянулся, светясь от распиравшего его самодовольства. Хотел было приобнять меня одной рукой, но не стал — побоялся не удержать малыша…

— Ленка, ну ты даёшь… — пробасил хрипло, толкая меня плечом. — Я фигею с тебя…

— Ром… — лихорадочно зачастила шёпотом, отворачиваясь от мамы, тянущей руки к внуку. Изо рта вырвалось облачко пара, осело на Ромкиной гладко выбритой щеке, сладко пахнущей знакомым лосьоном… — Ром, нам надо поговорить…

Боже, что я творю… Может, не надо…

— Чего ты, Ленок? — Ромыч нахмурился. Бросил неуверенный взгляд на гостей, делая шаг в сторону вместе со мной.

— Ром, я… — я опустила голову, но тут же снова подняла глаза. — Я по поводу имени… Ну… Для него… — я кивнула на сынишку, мирно посапывающего во сне.

— Ну⁈ — Ромка напрягся ещё сильнее, с недоумением пожал плечами. — Что не так-то?

— Ром… — я виновато закусила губу, машинально расправляя бант на конверте. — Я тут подумала… Мы же друзья, верно? Значит, ты меня поймёшь…

— Ближе к делу, Лен, — мрачность в голосе мужа не предвещала ничего хорошего. — Харе ходить вокруг да около, говори прямо.

— Угу. Ромка, я хочу… назвать сына Егором, — я сглотнула слюну, поперхнувшись воздухом. — Ты только не подумай ничего! Просто имя… красивое. Мне нравится…

— Чего⁈ — Ромыч рявкнул слишком громко, позабыв о спящем малыше и окружающих нас людях. — Лен, ты чё несёшь? Какой Егор, блять? — он снова понизил голос, воровато оглянувшись на уставившихся на нас родственников и друзей. — Вообще-то, у него уже есть имя! Ты в свидетельство посмотри! — он повернулся боком, являя мне оттопыренный карман куртки, где виднелся край трогательной голубой обложки. — Бери, ну!

— К-какое имя, Ром? — я на автомате послушно вытащила документы, чувствуя, как глаза наполняются горькими концентрированными слезами. — Ты что… даже… даже со м-мной… н-не пос-советовался…

— А чего тут советоваться⁈ — Ромыч редко выходил из себя, но сейчас он выглядел как минимум раздосадованным. — По мне и так всё очевидно…

— И к-как ты его н-назвал… Моего… Моего сына… — я всхлипнула, ощущая как холод предательства просачивается в самое сердце. — Не ожидала о-от тебя, Ром…

— Да в смысле твоего сына? И что значит как? — он уже откровенно психовал. — Ты меня вообще за кого принимаешь⁈ Я чё, похож на такого же придурка, как твой Егор⁈ Чтоб сына назвать в честь бывшего ёбыря жены?

— Как⁈ — шмыгнула носом, так и не открыв корочку в руках. — Как его зовут?

— Роман его зовут! Понятно? Роман Романович! — Ромыч с умилением глянул на сына в своих руках. — Ромка…