«Убей всех, спаси себя!».

Эти слова не выходят у меня из головы. Это, — что-то вроде послания. Даже больше — кодировки, которую я должен расшифровать, чтобы активировать сферу так, чтобы она, наверняка, поглотила Сотканный мир, пусть даже и со мной.

Я быстро осмысливаю новую догадку.

«Убить всех — это значит, принести их в жертву, — шепчу я про себя. — Точно! Не просто смерть, а осознанный выбор. Мой, не мой — не важно! Смотрите сами. Паук погиб, защищая меня и сферу. Он пошёл на это добровольно. Сам. Не раздумывая. Тварь с молотом, которую я убил, — это тоже жертва, только насильственная. Её судьбу решил я. А дальше… Есть ещё одна жертва — осмысленная. И это — я. Тем самым, я спасу себя, пусть и погибнув, но доведу эту игру до конца, уничтожив всех в Сотканном мире! Теперь мне становятся понятны слова Анаморфа о том, что я сам догадаюсь, как мне использовать артефакт Древних, когда он попадёт мне в руки».

Как только я прокрутил это у себя в голове, мне стало от этого легче. Будто моё сознание прояснилось, с глаз спала серая пелена. Остаётся только активировать сферу и отправить лабиринт Бесконечности в ад вместе со всеми его обитателями, принеся их в жертву. Используя их энергию, как топливо, чтобы запустить реконфигурацию артефакта Древних на полную катушку. Всех до одного! Без исключения! Чтоб они сдохли вместе с лабиринтом Бесконечности!

Некто, словно почувствовав мой внутренний прорыв, резко подаётся вперёд. Его голограмма мерцает сильнее, а пиксели дрожат, как от пробоя электрического разряда.

— Ты не сможешь этого сделать! — шипит он мне, явно прочитав мои мысли. — Даже если ты и догадался, Анаморф уже проиграл! Его план — ничто! Ты просто не сможешь запустить сферу в нужной тебе конфигурации! Это — НЕВОЗМОЖНО! Делай то, что я тебе сказал! По-другому отсюда не выйти!

— А мне этого и не надо! — я усмехаюсь и поднимаю сферу выше. — Анаморф не проиграл. Он подготовил этот финал. И, теперь, я активирую его протокол!

Я, мысленно, представляю себе, чего я хочу добиться. Что должно произойти в финале. Подробно, до мельчайших деталей.

Сотканный мир должен быть стёрт, как файл, который больше не нужен. Не переписан, не перезапущен, а уничтожен. Раз и навсегда!

Я вкладываю в сферу этот образ. Чёткую последовательность действий, словно я пишу код в пустоте.

Она мне откликается. Учащённо бьётся, как моё сердце. Становится горячей настолько, что мои ладони начинают гореть, но я её не отпускаю.

Я вижу, как руны на поверхности сферы перестраиваются в новую конфигурацию, складываясь в символы, которых я раньше никогда не видел. Они похожи на древние глифы, но, при этом, пульсируют, как живые организмы. А перед этим я слышу в голове тихий голос, почему-то очень похожий на голос Айи: