Чудовище с молотом приближается.
— Ладно, — цежу я, меняя огнемёт на дробовик с кислотной картечью. — Раз ты так любишь тяжёлую артиллерию, то, теперь, сыграем в мою игру, сучара!
И я вскидываю оружие.
Эпизод 33. Реинкарнатор
Я стреляю в основание ходулей чудовища, только, не так, как раньше, прицельно, а с поправкой на возможное смещение монстра. Почти наугад. Больше доверяя своей чуйке, чем глазу.
Бах!
Тварь смещается, как я и предполагал, в сторону, как раз туда, куда я и думал.
Бух!
Кислотная картечь попадет в ходулю монстра. Прожигает металл и разъедает соединения.
Ходуля лопается. Сгибается под неестественным углом. Чудовище теряет равновесие, заваливается набок, падает, а молот скользит по жиже.
Стражи бросаются в атаку, чтобы защитить своего хозяина.
Окружают меня.
Один замахивается клинком, прикрученным болтами к его лапе.
Я вешаю дробовик на пояс и достаю костяной меч.
Взмах!
Удар!
Ещё один взмах!
Снова удар!
Лезвие твари светится тусклым синеватым светом, и я отбиваю этот удар.
Разворот!
Быстрее!
Ещё быстрее!
Боль придаёт мне сил, хотя Червь уже взялся за дело и впрыснул в меня обезбол, чтобы я не откинулся раньше времени.
Наши клинки так и мельтешат в воздухе.
Это уже не фехтование, а тупая рубка в средневековом стиле, когда оба воина находятся на последнем издыхании и пытаются отсечь друг другу конечности или пырнуть остриём меча в живот и намотать на лезвие кишки.
Хоп!
Обманное движение.
Шаг в сторону.
Я переношу вес тела на левую ногу и рублю сверху-вниз. Наотмашь.
Ширх!
На! Получай, тварь!
Бух!
Мой клинок разваливает монстра на две части, от шеи до паха, и уходит вниз, а к моим ногам падают два обрубка тела, которое уже больше не соберётся.
Второй некробиоморф, воспользовавшись моментом, тычет в меня своим клинком.
Тупо, как копьём. Я не успеваю уклониться, уже не осталось сил, и лезвие втыкается мне в бедро, пробивая его насквозь.
Вот так — раз-два! Туда и обратно!
Я молчу. Терплю эту боль. Накапливая в себе ненависть, как скупец золото.
Припадаю на колено, увлекаю монстра за собой, и, пока он, по инерции, валится на меня, успеваю выхватить пистолет и палю зубами ему по глазам. В упор. Методично, как в тире, отстреливая его зенки от щупалец.
— Сдохни, тварь! Сдохни!
Бам! Бам! Бам!
Монстр дико трепыхается, а я, левой рукой хватаю его за основание, из которого растут его щупальца, и всовываю туда ствол пистолета, быстро нажав на спуск.
Бам! Бам! Бам!
Пули-зубы пробивают тварь сверху-донизу, и вылетают из него, оставляя фонтанчики в жиже.
Некробиоморф валится набок, и я, отбросив уже ненужный мне пистолет, в котором закончились заряды, закидываю клинок за спину, снимаю с пояса дробовик и, приставив дуло к брюху твари, нажимаю на спуск.