я не слушала. Прошла через гостиную к балкону. — Это ничего не значило! Просто... у нас с ней ничего серьёзного, понимаешь? Я люблю тебя, только тебя! Я распахнула балконную дверь. Холодный сентябрьский воздух ударил в лицо. Шестой этаж, внизу дорога, на обочине рядами припаркованные машины. Среди них, на самом почётном месте возле подъезда, стоял чёрный Audi Максима. Его гордость и радость, которую он холил и лелеял больше, чем меня. Я швырнула вниз одежду. Рубашка, блузка, чулки полетели вниз, как гигантские опавшие листья, распластываясь на ветру. Потом я подняла первую туфлю, прицелилась и метнула изо всех сил. Удар. Звон разбитого стекла. Автомобильная сигнализация взвыла, оглашая окрестности воем. В квартире на столике тоненько запищал брелок Максима в ответ. — Нет! — Максим рванулся к двери. — Моя машина! Я уже замахивалась второй туфлей. Прицелилась, бросила. Ещё один удар, теперь по крыше. Вмятина. Сирена не унималась, к ней присоединилась сигнализация соседней машины. Удовлетворение. Тёплое, почти приятное чувство где-то в районе солнечного сплетения. Машина, которой он дорожил больше, чем мной. Вот тебе, Максим! Вот тебе за пять лет. Я оглядела балкон. На полу стоял большой керамический горшок с каким-то увядшим цветком, который я забывала поливать последний месяц. Я наклонилась за ним. — Вера, стой! — Максим ворвался на балкон, схватил меня за плечо. — Прекрати сейчас же! Ты себя ведёшь как ненормальная! Я обернулась, и он отступил на шаг, увидев моё лицо. В нём не было ничего, кроме холодной ярости. — Ненормальная? — переспросила я тихо, — Это я ненормальная, Максим? Я, которая пришла домой и застала мужа с любовницей в своей постели? — Это был просто секс! Ничего важного! — Просто секс. — Я подняла горшок. Тяжёлый, с землёй. — В нашей постели. В день, когда я должна была вернуться домой. Как долго, Максим? Как долго ты меня обманывал? Он не ответил. Я увидела ответ в его глазах. Давно. Может, год. Может, дольше. — Отпусти горшок, — сказал он медленно, протягивая руки. — Давай поговорим спокойно, как взрослые люди. — Взрослые люди, — усмехнулась я без тени веселья. — Взрослые люди не трахаются с любовницами, пока их жёны работают. Я подняла горшок выше, целясь в машину. Максим прыгнул вперед, схватил меня за руки. Завязалась борьба, неуклюжая, яростная. Я пыталась вырваться, он удерживал, тянул от края балкона. — Отпусти! — зашипела я. — Отпусти меня сейчас же! — Брось эту чёртову штуку! Горшок выпал из моих рук, разбился о пол балкона. Черепки