«Если и валить, то только сейчас, — подумал юноша. — У этой твари в запасе ещё много сил. А мои вот, на пределе…»

Он оттолкнулся от подоконника и прыгнул. Приземление было жёстким, но контролируемым. Не оглядываясь, рванул прочь от особняка, растворяясь в ночи. Чёрные узоры на лице постепенно исчезали, втягиваясь обратно в глаза. Этой ночью он переступил ещё одну черту. Духовное ядро напиталось не просто эфириумом — оно поглотило частицу чужой сущности. Что может стать проблемой, если вовремя не «очиститься».

…

Тишина вернулась в зловещий особняк. В спальне, где только что разворачивалось кровавая схватка, царил беспорядок — разбитая мебель, разлетевшиеся осколки стекла, бурые пятна крови на полу.

Корнелия с трудом поднялась. Сломанные кости, питаемые мощным эфирным потоком, уже начали срастаться, но опустошённые узлы неприятно пульсировали. Она провела рукой по плечу, где остались следы от Его пальцев.

— Невозможно, — и на её лице появилась улыбка, от которой съёжилась бы даже сама тьма. — Он высасывал меня всю, как устрицу… Прекрасно. Как это было прекрасно…

Спускаясь по лестнице в изорванном окровавленном свадебном платье, она ощущала эйфорию, не сравнимую даже с безумным экстазом битвы. Испытать такое ещё бы…

Распахнув входную дверь, вышла на улицу. Второй телохранитель, дежуривший снаружи, тут же выпрямился. Если его и поразило её состояние — истрепанное платье, спутанные волосы, пугающая улыбка, — то не подал виду.

— Сергей, представляешь, он сбежал… — обратилась к нему завороженная Корнелия. — Единственный, кто смог. А ещё… Видел бы ты его глаза… Такие красивые… — она прикусила нижнюю губу, а затем её лицо как-то быстро сменилось на обычное выражение, как и взгляд, что теперь не пылал безумием, а выглядел расчетливым, ясным. — Собери информацию о нашем госте. Мне нужно найти этого мальчишку. Игнатушку Ковалева.

— Слушаюсь, госпожа, — мужчина склонил голову и быстрым шагом направился к выходу. Найти так найти. Он привык выполнять приказы, не задавая вопросов. Хотя, любопытно было до жути! Кто-то умудрился сбежать от госпожи⁈ Серьёзно⁈ Вот же, везучий потрох!

Корнелия осталась стоять у крыльца, запрокинув голову к полной луне. Раны уже заживали, но воспоминание о чувстве беспомощности, когдаЕго пальцы высасывали её эфирную силу… Его странный ужасный облик и исходящее от него чувство превосходства… А чего стоил тот пугающий до мурашек искаженный голос. И как он высокомерно, даже наплевательски поставил на неё сапог, как на какую-то подставку. Всё это вызвало в ней неописуемое чувство.