— Как это?

— Ну, это как… — и призадумываюсь, подбирая аналогию. — Как с женщинами, бабуль. Нельзя всю жизнь быть ветреным юнцом, который заглядывается на каждую юбку. Рано или поздно нужно выбрать свой путь, свой стиль…

— Сашенька! — она шутливо замахнулась полотенцем. — Какие сравнения! Не стыдно?

— Зато понятные, — усмехаюсь. — Вот смотри: если практик пытается освоить все стили сразу, распыляется — эфир внутри него тоже распыляется. Не может сконцентрироваться, застыть кристаллом. А значит — прощай высшее мастерство. Останется вечным середнячком. И, что удивительно, при этом есть стиль универсала, включающий в себя остальные. Проблема в том, что он самый нудный, и не популярный.

— Интересно, и как ты всё это запомнил… — она потянулась проверить пирожки.

— О, бабуль, я ещё не такое узнал, — промокаю губы салфеткой и отставляю пустую тарелку из-под супа. — Например, почему некоторые практики предпочитают оставаться холостяками? Оказывается, во время близости эфирные потоки могут…

— Так! — старушка решительно водрузила передо мной тарелку с горячими пирожками. — Вот об этом ты мне расскажешь, когда будешь постарше. А сейчас — ешь, пока горячие.

— Бабуль, — не удерживаюсь от смешка, — мне вообще-то уже…

— Знаю-знаю, целых восемнадцать, — она вдруг погладила меня по голове. — Но для бабушки ты всегда будешь маленьким. Давай, налетай на пирожки.

Говорю же, милота. Если бы она только знала, что в прошлой жизни я участвовал в написании трёх трактатов о влиянии интимной жизни на развитие внутренней энергии. Хотя, некоторые знания лучше, конечно, приберечь для других слушателей.

…

Брякнул дверной колокольчик. Я сидел наверху с книгой, когда прозвучал знакомый голос — тот самый «клиент» Савельев снова появился в лавке.

— Вера Николаевна, можно вас на минутку?

— Михаил Андреевич, проходите!

Раздались шаги, затем приглушённые голоса.

Прикрываю глаза, концентрируясь. Пробудившееся духовное ядро усилило органы чувств — старая техника, отточенная десятилетиями практики. Шёпот внизу стал отчётливым, как если бы говорили рядом.

— … Васнецов передал — в бастионе ничего не нашли, — голос Савельева звучал напряжённо. — Похоже, Андрей всё-таки успел перепрятать в заброшенном поместье.

— Вряд ли, — тихо ответила бабушка. — Я обыскала руины вдоль и поперёк. Ни в уцелевших подвалах, нигде. Продолжайте искать в бастионе.

— Вера Николаевна, — в голосе Савельева появились умоляющие нотки. — Вы же понимаете, как это непросто. Круглосуточная стража, да ещё эта суета на границе. Военные прибывают каждый день. Если усилим поиски — наших людей раскроют. Тогда всем не сдобровать.