— Георгий Павлович! — Игнат попытался изобразить вежливую улыбку, но не вышло. — Мы просто…

— Молчать! — Строганов подошёл вплотную, возвышаясь над ними точь скала. Эфирные разряды на руках Тёмы и третьекурсника угасли, как задутые ветром свечки. — Боевое применение эфира в стенах академии! Да вы с ума сошли! Это повод для немедленного исключения!

Его взгляд остановился на мне.

— Волков, вы не пострадали?

Роль жертвы отыграна на пять с плюсом. Сменяю перепуганное выражение на благодарное.

— Нет, господин завуч, вы появились как нельзя вовремя, как настоящий герой, — и разглаживаю смятый воротник рубашки, глядя как завуч приосанился. Хе-х, как же это забавно. — Я не знаю, по какой причине они преследуют меня. Совсем недавно произошёл один инцидент…

Глаза Игната расширились от страха. Аристократическая бледность сменилась мертвенной белизной, на лбу выступили капельки пота. Он прекрасно понимал, о чём я говорю.

— Впрочем, — благородно вздыхаю и продолжаю, — об этом лучше пока не распространяться. Иначе данная весть ударит по всему роду Ковалевых. Боюсь, бесчестье Игната может очернить всю семью.

Строганов нахмурил густые седые брови, из-под которых на меня смотрели проницательные глаза старого волчары. В них промелькнуло понимание — слишком опытен был завуч, чтобы не распознать подтекст моих слов.

— Что же такого натворил Ковалев, Волков? — спросил он тише, но не менее властно.

— Ничего достойного, Георгий Павлович, — качаю головой с видом человека, хранящего тайну из чистого благородства, а не ради шантажа. — Назовем пока это… некоторыми недопонимания между курсантами.

— Курсант Волков! — раздался нетерпеливый голос, и все обернулись. По коридору торопливо шла секретарша ректора. — Госпожа ректор вас уже заждалась! Что вы здесь делаете⁈

Строганов не сводил тяжёлого взгляда с Игната и его компании.

— Идите, Волков, — кивнул он мне. — А с этими… господами, мы продолжим разговор уже в моём кабинете.

— Ещё раз благодарю вас, — киваю ему в ответ и уже, проходя мимо застывшего Игната, приостанавливаюсь и очень тихо произношу: — Понравилось? Готовь деньги. С тебя пять сотен. Либо всё станет куда интересней. — и прохожу мимо него.

Злись — не злись, Игнатушка, а заплатить придётся. И не только сегодня, хе-хе.

Идя за секретаршей по коридору, улыбаюсь. Интриги. О, да, доводилось сталкиваться, да с такими, что эти студенческие игры всего лишь детский лепет. Вспомнить хотя бы конфликт в Шанхае против трёх объединенных кланов. Пришлось пройти по такому тонкому лезвию, что до сих пор стынет кровь в жилах. Или дворцовый переворот в Сингапуре — я был тогда слишком молод и оказался пешкой в чужой игре, но сумел превратиться в ферзя, заставив королевских фаворитов перегрызть друг другу глотки. Хорошие были времена.