ОН ТОЧНО ЗНАЕТ!
— Буду иметь это в виду, — и киваю.
Разин кивает в ответ:
— Вот и хорошо! А теперь иди, готовься к отъезду. И удачи, капитан. Она вам точно понадобится.
— Служу Империи!
Салютую напоследок и выхожу из юрты.
Снаружи ждал Ермолаев, куривший сигарету.
— Ну что, капитан, — хитро улыбнулся он, — готовы превратиться в северянина?
— Ни капли. Но выбора всё равно не дали.
Ермолаев рассмеялся:
— Эт точно! Идёмте! Бьёрн уже ждёт нас!
День становится всё лучше и лучше.
Выдвигаемся с рыжим к юрте северян, как замечаю, что Ермолаев бросает на мою моську любопытные взгляды.
— Что-то не так? — спрашиваю, когда его взгляды стали уж слишком очевидными.
Он замялся, но всё же решился:
— Простите за любопытство, капитан, но… правда ли, что вы и советница Фрея…
— Даже не заканчивай этот вопрос, Ермолаев, — перебиваю его. — Если хочешь дожить до конца миссии.
Тот поднял руки в защитном жесте, но, зараза, хотел улыбнуться! Я же вижу!
— Понял, капитан. Ни слова больше.
И мы продолжили путь в молчании, хотя могу поклясться, что слышу, как этот типок тихо посмеивается себе под нос! Впереди виднеется юрта северян, и всё отчётливее понимаю, наша миссия будет куда сложнее, чем кажется. И дело даже не в своенравных магистрах или коварных британцах. А в двух северных женщинах…
Глава 9
Четыре часа спустя
День в «Чёрном Лебеде» продолжался как обычно — работы по лагерю, тренировки, построения. Звучали свистки, команды сержантов, укоры лейтенантов. Повседневная атмосфера. Очередной свисток никак не отвлёк генерала Разина, продолжавшего работу с картами в юрте. За годы службы данный звук стал фоновым, как биение собственного сердца.
Но следующий крик выбивался из привычного гомона лагеря.
— Я К ГЕНЕРАЛУ! ПРОПУСТИТЕ! ЖИВО!
— Не положено, — ответил спокойно караульный.
Разин поднял голову. Голос Лукина. Этот ушастый офицер редко бывает испуганным НАСТОЛЬКО. Что определённо сигнал к бедствию.
— Пропусти его, — гаркнул из юрты Разин, не отрываясь от тактического плана с пометкой «В».
Внутрь ворвался молодой лейтенант. Весь красный и от мороза, и от волнения.
— Генерал-майор, беда! Разрешите доложить! — выпалил он, вытянувшись по струнке.
Разин наконец поднял на него взгляд:
— Докладывайте, лейтенант Лукин.
— К лагерю приближается большой отряд! — отрапортовал тот. — Около двух сотен человек! Но это не боевое формирование, генерал-майор. Это… — он запнулся, — это аристократический кортеж. Кареты, эскорт, обозы… И идут они под флагом рода Романовых-Распутиных!
Разин даже отложил карандаш. Романовы-Распутины? Здесь, на северной границе? Почему именно сейчас? Они один из четырёх главенствующих родов, берущий происхождение от побочной ветви императорской фамилии. Возвысились ещё после Смутного времени, когда Мария Распутина, обладательница редкого таланта к эфирной регенерации предотвратила покушение на наследника престола. В последующие века род только укрепил своё положение и всё благодаря медицине. Их влияние очевидно. Контроль над Имперской медицинской службой, влияние при дворе через сеть «целителей» и «советников», доступ к техникам, запрещенным для большинства практиков. А какое сильное влияние на императорскую семью они имеют через личных врачей, остаётся только догадываться. Их ныне действующая глава — Графиня Наталья Романова-Распутина, архимагистр второй ступени, глава Императорской медицинской коллегии и личный врач самой императрицы.