Её ладонь ложится мне на грудь, пальцы рисуют узоры.
— Ты был… впечатляющим сегодня. Глупым, безрассудным, но впечатляющим. — Пауза. Её нога перекидывается через мою. — Это… заводит.
— Ингрид спит в двух метрах, тебе не стыдно? — сам же глажу её гладкое идеальное бедро.
— Риск наше всё… — и целует меня в шею. — И всё же… — останавливается Фрея. — Почему ты её спас? Не из-за сестры ведь.
Молчу долго. Слушаю её дыхание, биение сердца. Потом тихо отвечаю:
— Мне кажется есть черта, за которую нельзя переходить. Убивать в бою — одно. Резать женщин за пролитый чай — другое. Если не видишь разницы, то ты уже не воин. Ты просто бешеная собака.
Она молчит. Потом целует меня в шею. Легко, невесомо.
— Ты интересный… Наверное, поэтому мне и нравишься…
Ну, а дальше Советница Фрея решила доказать, что я не зря ушёл с ней, а не остался с Мари…
Глава 13
Просыпаюсь от удара локтём.
Фрея.
Эта женщина спала, раскинувшись на моей койке, точь морская звезда.
Ингрид уже встала и расчёсывала волосы у окна. В утреннем свете — ну, этом сером дерьме, что здесь называют утренним светом, она выглядела мирно. Даже мило. Пока не заметила, что я проснулся.
— Наконец-то, — фыркает сходу. — Я уж думала, Фрея тебя задушила во сне. Специально.
— Не дождёшься, — бурчу, выползая из-под советницы. — Хотя попытка засчитана.
Фрея что-то пробормотала, перевернулась и заняла всю койку целиком. Захват территории во всей красе.
Умываюсь холодной водой из кувшина, что лучше любого кофе, сразу все остатки сна как смыло. Одеваюсь, проверяю на ходу оружие. Накладная борода всё ещё держится, хотя после ночных, скажем так, упражнений слегка съехала. Поправил, как смог.
— Готовы изображать счастливую семью? — спрашиваю, натягивая меховую накидку. Настроение паршивое, как у старика.
— Как никогда, — процедила Ингрид с таким СЧАСТЛИВЫМ выражением, будто собиралась на собственные похороны.
По итогу растолкали Фрею, спустились в таверну. Там уже во всю суетилась Мари, разнося завтрак постояльцам. Увидев меня, покраснела и чуть не уронила поднос. Снова. Это любовь? Пожалуйста, не надо. У меня и так две северянки на шее, третья не нужна.
В общем, избегал её взгляда, как только мог. Быстро позавтракали — овсянка с салом, чёрный хлеб, травяной отвар, коий здесь именовали «чаем». После вчерашнего британского беспредела в зале было тише обычного. Все косились друг на друга, но помалкивали.
На рынок вышли, когда метель чуть стихла. То есть вместо горизонтального снегопада стал обычный вертикальный. Распогодилось, н-да.
Центральная площадь Морозного Клыка сегодня оказалась забита народом несмотря на собачью погоду. Торговцы орали, зазывая покупателей, покупатели орали в ответ, торгуясь. Вонь стояла соответствующая. Мокрый мех, тухлая рыба, что-то сладковато-приторное. Ладан, что ли? Кто его тут поджёг?