— Вот это тебе, Серый, по ушам проехали, — усмехнулся товарищ. — Чтобы какой-то пацан две тыщи положил? Он что, архимагистр?

Тот замялся:

— Инициированный вроде…

— Инициированный, — с кивком хмыкнул второй. — Да его за секунду на куски порвали бы.

— Ну, хрен его знает. Может, и не он положил…

— Вот и я о том же. Ты его вживую хоть видел?

— Не-а.

— То-то же.

* * *

Группа матёрых вояк стояла на позиции, проверяла оружие перед очередной волной. Один из них, ветеран в годах с жирным шрамом через обе губы, услышал трёп молодых пехотинцев о чудесах наёмника Воробья и презрительно сплюнул.

— Байки это всё, — буркнул он товарищу рядом, такому же видавшему виды бойцу. — Каждый раз одна х*йня. Появляется какой-то герой, все языками чешут, какой он крутой, а через день оказывается, что всё раздуто в десять раз.

Товарищ кивнул:

— Помню, в прошлую кампанию тоже был один такой. Змеем его звали. Говорили, он магистров голыми руками душил. А как дошло до настоящего дела — сдулся. Оказался обычным везучим засранцем.

— Вот именно, — ветеран поднял меч, глянул вдоль клинка, осматривая эфирный контур. — Этот Воробей, небось, такой же. Пару удачных выстрелов сделал, народ раздул в эпос. А контур в небе… Разве арбалетчики способны создавать контуры? Это дело контурщиков. Вот они и постарались, просто никто не видел кто именно, и повесили на первого попавшегося.

— Но говорят, его британцы окружили, полсотни практиков, а он всех перебил… — осторожно оспорил молодой.

Ветеран отмахнулся:

— Сказки для сосунков. Если бы такая толпа кого-то решили прикончить, от того и мокрого места не осталось бы. Наверняка там всё было по-другому, но через пять пересказов превратилось в героическую хренотень.

Третий солдат, помладше, но тоже с опытом, влез:

— Я вообще думаю, этого Воробья не существует. Просто слух пошёл, люди подхватили, каждый от себя наплёл, и вот итог.

Ветеран хмыкнул:

— Может, и так. На войне правда первой дохнет. Байки только и остаются. Зуб даю, каждый выживший будет говорить, что сотню прирезал. Если всех таких потом опросить, то британцев должно было быть не пятьдесят тысяч, а пятьсот!

И все заржали. Ветеран дело говорит. Многие вернутся с войны и будут рассказывать, что убивали десятками, а то и сотнями. Выходит, слухи и Воробье всё из той же оперы. Может, он сам эти слухи и пустил?

* * *

Что до самого юноши, то он частично восстановил эфирные силы, и порхал по полю битвы. Там, где он появлялся, англосаксы умирали десятками, порой и сотнями. Спасённые имперцы замечали арбалетчика в черной накидке и в деревянной маске и задавались вопросом: кто он такой? Британцы же навсегда запечатывали образ фиолетовых глаз, горевших из-под жуткой маски.