Все рванули прочь. Организованно, строем, офицеры рулили отходом, но никто не мешкал, всё на бегу. Оставаться торчать рядом, когда два чудовища начнут швыряться техниками способными уничтожить сотни людей? Нет уж.

Олаф скомандовал взводу:

— Шестой, уходим! За мной!

— Есть!

— Меня подождите!

Британцы тоже отступали. При чем достаточно далеко. Никто не собирается вести бой прямо сейчас, параллельно дуэли архимагистров. Вот насмотрятся, как оба высших ломают друг другу кости, да как заведутся! Тогда можно и подраться стенка на стенку! Ну, а пока просмотр боя лучших из лучших! Не каждый день выпадает зрелище подобного уровня!

За две минуты левый фланг опустел в центральной части. Между имперцами и англичанами осталась пустая зона на несколько сотен метров, где сейчас стояли две ужасающие фигуры, различимые даже сквозь снежную круговерть.

Олаф остановился на безопасном расстоянии, перевёл дух. Лизка привалилась к остаткам разрушенной эфирной пушки. Их взвод собрался вокруг, все живы, все пялятся на то, как готовятся сойтись титаны.

Мещеряков и британец подняли руки одновременно, тут же вспыхнули контуры.

Русский создал тройку пылающих оленей, больше похожих на сказочных созданий. Огромные. Благородные. Мощные. Пылающие синим пламенем.

Англичанин в противовес слепил с пол десятка красных вепрей.

Оба архимагистра тут же взмахнули руками, спуская собственных созданий на врага. Всё это лишь разминка, разведка боем. Но даже подобные техники способны причинить колоссальный урон низшим практикам.

Старик Олаф сглотнул, глядя на ужасающие объемы эфира, и перевел взгляд на Лизку:

— Всё ещё думаешь что эта война хорошая идея для заработка?

Наёмница нервно оскалилась:

— Просто молись северным богам, чтобы наш выиграл. А не то, нам всем звиздец.

Олаф хмыкнул. Она права. Исход дуэли решит судьбу всего левого фланга…

* * *

Центральное направление

Ольга Абызова в своём золотистом плаще и зеркальном шлеме, прямо посреди пылающих повозок, латала эфирной техникой рану на плече своей помощницы Светы. Зелёный свет окутывал порез, ткани срастались, кровотечение останавливалось. Светлана морщилась от боли, но не пикала. Издержки профессии контурщиков — уметь терпеть, иначе не протянуть.

Ольга работала молча, пальцы в стальных перчатках двигались точно, набито. Зеркальное забрало шлема отражало взрывы, эфирные вспышки. Золотистый плащ развевался на ветру, весь в копоти, крови, мокрый от снега. Под ним стальной доспех, практичный, без излишеств. Вот и весь наряд уралки, не терпящей дурости и слабости.

Снегопад усиливался. А здесь, на центральном направлении, казалось сыпал пуще всего. Мело нещадно. Ветер свистел, продувая одежду и доспехи, из-за снега видимость падала с каждым часом.