— Это танки Т-30, — пояснил я, когда машины приблизились и остановились на почтительном расстоянии. — Вес тридцать тонн, скорость до тридцати пяти километров в час. Броня выдерживает попадание любых японских противотанковых средств.

Я сделал знак Окуневу, и он дал команду механикам-водителям. Танки медленно двинулись вперед, демонстрируя маневренность. Один из них преодолел небольшой овраг, с легкостью взобрался на холм и развернулся, показывая радиус поворота.

— Для связи с танкистами используйте визуальные сигналы, — я продемонстрировал несколько жестов. — Поднятая рука — остановка. Рука, указывающая направление — двигаться туда. Круговые движения над головой — опасность, отходить.

Китайские командиры внимательно повторяли жесты. Неожиданно один из них, коренастый мужчина с изрубцованным шрамами лицом, поднял руку:

— А если японцы поймут наши сигналы и начнут их использовать? — перевел его вопрос Вэй.

Хороший вопрос. Этот боец явно имел опыт боевых действий.

— Для этого у нас есть кодовые сигналы, — ответил я. — Перед каждым жестом вы должны сделать особый знак, положить левую руку на сердце. Без этого танкист проигнорирует команду.

Еще один боец, совсем молодой парень с цепким взглядом, спросил через переводчика:

— А можно посмотреть танк изнутри?

Я переглянулся с Окуневым. Он кивнул, почему бы и нет? Это поможет китайским союзникам лучше понять возможности и ограничения техники.

— По три человека от каждой группы, — распорядился я. — Капитан Окунев, организуйте.

Следующий час мы посвятили детальному изучению взаимодействия пехоты с танками. Китайские бойцы оказались понятливыми учениками. Хэ Лун лично следил за тренировкой, иногда вмешиваясь и задавая вопросы.

— Танк слеп в ближнем бою, — объяснял я. — Ваша задача стать его глазами и ушами. Предупреждать об опасности, расчищать путь от препятствий, защищать от вражеских гранатометчиков.

Особое внимание уделили практике преодоления заболоченных участков, китайцы показывали танкистам, где можно проехать, а где грунт слишком зыбкий. Сержант Буденовский, сидя на башне, демонстрировал, как экипаж воспринимает сигналы пехоты.

Самая сложная часть тренировки началась, когда мы перешли к отработке действий при артобстреле. Окунев приказал заглушить двигатели, и в наступившей тишине я объяснил:

— При артиллерийском огне противника не прячьтесь за танком. Снаряд, попавший в машину, создаст множество осколков. Лучше укройтесь в складках местности на расстоянии.

Хэ Лун перебил меня:

— Мои люди привыкли воевать в горах, используя природные укрытия. Но на равнинах Дацина таких укрытий мало. Как им защищаться?