Через пятнадцать минут все приготовления завершились. Я выпустил сигнальную ракету, и операция началась.

Четыре Т-30 под командованием Окунева двинулись на командный пункт противника. Одновременно артиллерия выпустила несколько дымовых снарядов, окутав подступы к холму белой пеленой. Японские пулеметчики открыли огонь, но пули бессильно рикошетили от брони танков.

Я наблюдал за развитием событий через бинокль. На южном склоне, незаметно для японцев, двигались маленькие фигурки партизан Хэ Луна. Они использовали каждый кустик, каждую складку местности для прикрытия.

Внезапно с крыши командного пункта полетели гранаты. Одна из них попала под гусеницу головного танка.

Раздался взрыв, машина дернулась, но продолжила движение. Легкие японские гранаты не могли причинить серьезного вреда тяжелой бронетехнике.

В этот критический момент партизаны Хэ Луна достигли южной стороны укрепления и с громкими криками пошли на штурм. Японцы, не ожидавшие удара с тыла, заметались между двумя угрозами. Несколько пулеметчиков развернули свои машины в сторону китайцев, но было поздно.

Хэ Лун лично возглавил атаку. С пистолетом в руке, он первым ворвался на территорию командного пункта, увлекая за собой бойцов. Завязался ожесточенный рукопашный бой.

Окунев, увидев замешательство противника, приказал пехоте начать штурм с северной стороны. Красноармейцы, укрываясь за танками, быстро преодолели простреливаемую зону и присоединились к схватке.

Последняя отчаянная попытка японцев остановить наступление провалилась. Через двадцать минут интенсивного боя сопротивление организованно прекратилось. Над командным пунктом противника взвился красный флаг.

Я спешил к захваченному комплексу зданий, где уже стояла необычная суматоха. Пленных японцев выводили с поднятыми руками, среди них несколько офицеров в изорванной форме. Китайские партизаны и красноармейцы обменивались рукопожатиями, хлопали друг друга по плечам, царила атмосфера победы.

У входа в главное здание меня встретил Хэ Лун. Его одежда пропиталась потом и кровью, но глаза сияли.

— Победа, товарищ Краснов! — он широко улыбнулся, показывая белые зубы на фоне закопченного лица. — Командный пункт противника захвачен. Их командир погиб.

— Отличная работа, товарищ Хэ Лун, — я пожал ему руку, чувствуя мозолистую ладонь опытного бойца. — Ваши люди сражались как герои.

— Мы все сражались как герои, — ответил он, оглядываясь на своих измученных, но счастливых бойцов. — Объединились вместе против общего врага.

Внутри командного пункта царил беспорядок: разбросанные документы, перевернутая мебель, следы короткого, но яростного боя. Посреди комнаты на столе разложенная карта района с отмеченными на ней позициями японских частей. Бесценная информация для продолжения операции.