Капитан Окунев, вытирая пот и копоть с лица рукавом гимнастерки, отдавал распоряжения о расстановке танков для создания оборонительного периметра.

— Товарищ Краснов, — обратился он ко мне, — основные силы противника разбиты. Отдельные группы пытаются отступить в южном направлении. Отдаете приказ преследовать?

Я на мгновение задумался. Преследование разбитого противника могло окончательно деморализовать японцев, но и создавало риск растянуть наши силы, сделать их уязвимыми для возможного контрудара.

— Преследуйте в пределах пятикилометровой зоны, — решил я. — Дальше не углубляйтесь. Главная задача сейчас закрепиться на захваченных позициях и подготовиться к отражению контратаки.

Сопкин подошел с донесениями от разведчиков:

— Японцы в панике отступают по всему фронту. Потеряв командование, они не способны организовать сопротивление. Ближайшие резервы противника находятся в Цицикаре, это более семидесяти километров. Даже при полной мобилизации им потребуется не менее суток, чтобы добраться сюда.

Эта информация тактически обнадеживала, но стратегически настораживала. Реакция японского командования на захват Дацина последует неизбежно.

Вопрос лишь во времени и масштабе. Нам необходимо использовать каждую минуту передышки для укрепления позиций.

— Товарищ Сопкин, — произнес я, — передайте Воронцову. Пусть немедленно выдвигается с инженерной группой. Надо готовиться к развертыванию нефтедобывающего оборудования.

К полудню последние очаги сопротивления подавлены. Наши потери оказались на удивление небольшими: семь человек убитыми, около тридцати ранеными, три танка требовали серьезного ремонта, еще пять получили легкие повреждения. Учитывая масштаб операции, результат можно считать блестящим.

Японцы потеряли почти весь гарнизон. Около двухсот убитыми, более ста ранеными, остальные попали в плен. Вся их уцелевшая техника, танки, артиллерия, транспорт, перешла к нам в качестве трофеев.

Я поднялся на крышу захваченного командного пункта и осмотрел панораму долины Дацина. Поле боя постепенно очищалось: увозили раненых, эвакуировали подбитую технику, закапывали тела погибших. Над зданиями развевались наши флаги.

Это сражение изменило историю. Мы не просто захватили стратегически важный ресурс, мы доказали превосходство советской военной техники и тактики. «Катюши» и танки Т-30 продемонстрировали качественный скачок в развитии вооружений, на десятилетия опередив свое время.

Я достал карманные часы: прошло совсем немного времени с начала сражения. Еще утро.

Сопкин подошел с докладом о полном завершении операции: