В приемном покое психоневрологического диспансера дежурила уже другая медсестра, тихая и серая, похожая на моль, с накинутым поверх халата пушистым вязаным платком, тоже серым.

— Здравствуйте! — Семерка показала ксиву — моль перестала дышать и моргать, казалось, она оцепенела и сейчас окуклится и брякнется на пол. — Мне нужно поговорить с заведующим отделением.

С полминуты моль сидела неподвижно. Немного оттаяв, дрожащими пальцами набрала его по стационарной связи.

— Степан Александрович, тут к вам пришли, — она скосила взгляд на Семерку, шумно сглотнула и добавила шепотом: — Из КГБ.

Семерка подошла к столу и протянула руку, намекая, что ей нужна телефонная трубка. Медсестра сказала врачу:

— Да. Сейчас, — и торопливо отдала трубку.

Семерка улыбнулась, кивнула мне и сказала:

— Здравствуйте. Меня зовут Юлия Брайшиц. Мне необходимо поговорить с пациентом, который находится у вас на лечении. Его имя…

— Федор Хотеев, — сказал я, она повторила.

— Нам бы с ним с глазу на глаз побеседовать, Степан Александрович.

Что он говорил, я не слышал, но видел, что Семерка удовлетворена. Вот бы мне где-то такую ксиву достать! Девушка передала трубку медсестре, та поднесла ее к уху, кивнула и обратилась к нам:

— Сейчас мальчик вас проводит.

Она выглянула из кабинета и прокричала:

— Антон! Иди сюда.

Не прошло и минуты, как появился высокий очень худой печальный парень. Я читал, что постоянные пациенты дурки работают тут санитарами. Так вот этот парень как раз-таки тихого психа и напоминал.

— Проводи к Копылову, пожалуйста.

Когда мы покинули приемный покой, мне показалось, что донесся протяжный выдох.

Кабинет заведующего находился недалеко. Дверь была приоткрыта, и по помещению сновал мужчина в халате и колпаке, из-под которого выглядывали русые кудри. Вид заведующий имел лихой и придурковатый. «Профдеформация, — подумал я. — Или просто такой человек быстрее найдет общий язык с психами».

— Здравствуйте, — Семерка предъявила документ, и мы заняли диванчик в его кабинете.

Сам врач взял стул и уселся напротив нас.

— Здравствуйте, — кивнул он, — чем обязан?

— Надеюсь, можно устроить свидание с Хотеевым в ближайшее время, — сказала она с нажимом, — от этого зависит его жизнь и здоровье.

— Да-да-да, — он закивал часто и мелко, как собачка с головой на пружине, каких раньше ставили на торпеду авто, — я уже договорился.

— Он в адекватном состоянии? — спросил я.

— На окружающую обстановку реагирует адекватно, но замкнут и весьма подавлен.

— Это нестрашно, — сказал я и поднялся. — Проводите меня к нему, пожалуйста.