Во-вторых, тонкий запах яда упыря. Нет, не самого упыря, а его яда.

Если подумать, то это наверняка заготовка. Бедные стражники, они даже не знают, какая им судьба уготована. И так, наверное, намучились от запаха чеснока. Кажется, им вся башня смердила.

Я усмехнулся, задумчиво почесав топорищем лоб. Какая ирония — теперь я стою внизу, и теперь мне придётся подниматься через ловушки. А сколько их там, моё тёмное чутьё чуяло даже сквозь толстую кожу варвара. Да и сама варварская задница подгорала бросским огнём от надвигающихся проблем.

Ну, во всяком случае, у меня есть цербер. Пусть не такой сильный, и пусть это ничтожество Вайкул наверху даже не подозревает о нём, но это греет мне душу.

В том мире мне не хватило времени, чтобы достичь могущества архимага, Первого Жреца. А в этом… В этом мире я — воин, тем более могучий варвар, поэтому разбираться с проблемой буду соответственно.

Кутень вдруг заволновался. Выглянул из топорища, заклацал зубами:

— Там-там-там!

Его сознание принесло мне далёкий звук рога. К замку Вайкула кто-то едет… Возвращается Мирон? Вполне возможно.

Ну, тогда времени вообще нет.

Я резко рванул, набирая скорость. Всего мгновение, как моё плечо воткнулось в створку, и дверь, надсадно скрипнув, ввалилась внутрь под массой моего тела.

— Что за⁈ — беспомощный крик раздался где-то подо мной.

Одного стражника я раздавил дверью, другой же сидел намного дальше, у самого основания винтовой лестницы, в строго очерченном круге. Вскочив с пола, тот поднял арбалет, но у Вайкула на этого стражника были собственные планы.

Едва дверь слетела с петель, как тонкие иглы пронзили воздух. Одна воткнулась в торец двери, прямо перед моим носом, а другая в того самого стражника с арбалетом. Тот едва успел спустить курок, как задёргался, превращаясь в упыря.

Кое-как мне удалось перехватить снаряд с такого расстояния, рубанув дубиной, да и то стрела, срикошетив от оружия, едва не вспахала мне лоб. Но сверкнул тёмным пятном перед глазами рычащий Кутень, перехвативший древко стрелы в полёте и унёсшийся вместе с ней назад, в коридор. Он изменил траекторию всего на сантиметр, но этого хватило.

Стражник ещё дёргался, изгибаясь всем телом, когда я оттолкнулся, замахнувшись дубиной в полёте. Я хотел размозжить ему голову, но снова едва успел подставить топорище — вновь обращённая тварь сама перехватила меня в середине прыжка. Вайкул явно впихнул в эти иглы усиленную дозу яда.

Смыкаются клыки на подставленном топорище, от встречи наших масс нас крутит в воздухе, и мы падаем вниз. Только моя спина касается пола, как сверху уже опускается когтистая лапа. Я успеваю схватить мутировавшее запястье, упереть колени в грудь нависшему упырю, но меня просто поднимают над полом — силы в этой твари немеряно.