Да смердящий свет, там ещё и Креону с Виолом опять латать надо.
«Твои спутники живы, Хмарок. Я направлю их к тебе».
— Ты мне должна будешь, Мавша! — я подошёл к кикиморе, примеряясь. Ну и туша.
«Даю тебе слово богини, так и будет!»
Я усмехнулся. Голос у неё снова был мощный, уверенный, наполненный властью. Ну, в принципе, помощь богини мне потом никак не помешает.
Призыв Тьмы резко вскипятил кровь, с каждым разом это становилось всё легче и легче. Сила притекла в мышцы, и я рывком закинул себе на плечи клыкастую морду кикиморы.
Тут бы самому по дороге копыта не отбросить. Ну, а теперь погнали…
Глава 13
Я сидел на берегу пруда, замазывая тело целебной грязевой мазью. Наплевал туда корней всяких трав, чуть-чуть прижёг магическим заклинанием, и теперь, молча стиснув зубы, наносил вонючую жижу прямо на раны.
Без магии так скорее можно было нанести заражение в кровь, но кое-какие навыки у меня остались. И теперь я сидел, наслаждаясь неожиданным покоем, тишиной, и целебным покалыванием в ранах. Вот ведь продрись небесная, так я буду восстанавливаться долго — когда я был Тёмным Жрецом, мог восстановиться буквально за минуту.
Позади был целый час страданий под тушей кикиморы, но теперь она покоилась на дне пруда. Для этой туши едва хватило глубины.
Над водой, жалобно поскрипывая, склонилось старое дерево. Где-то в зарослях потявкивал цербер. Он до сих пор боялся выходить, хотя всю дорогу не отставал от меня.
Кикимора, пока я её дотащил, высохла чуть ли не до древесного состояния, и даже не сразу ушла на дно. Теперь, если не выживет, всё было зря.
А Мавша так и не выходила на связь, и меня стало глодать сомнение — а не зря ли я стал таким добреньким? Богиня морей ещё долго не появится в этом мире, хотя отблагодарить она меня могла бы и так, через своих многочисленных земных детей.
Словно в ответ на это в озере наконец послышался тихий всплеск. Показались два круглых глаза, высунулась наполовину крокодилья морда.
— О, живая… — вырвалось у меня, и на всякий случай я поднялся на корточки, чтобы, если что, отскочить. Мало ли.
Кикимора поводила мордой, почмокала губами, а потом, прицелившись, плюнула в меня. Я едва успел прикрыться руками…
Весь мокрый, я хотел было уже наорать на тупое чудище, но почувствовал, что покалывание в ранах усилилось. А кикимора набрала ещё воды и махнула головой в сторону. Потом ещё раз.
Я не сразу сообразил, что меня просят повернуться спиной. Ну, что ж, слова Мавши с делом не расходятся… Мне в лопатки ударила ещё струя.
Исцеление — вещь не самая приятная, поэтому от боли я свалился на четвереньки. Так прошло несколько минут, и очухался я, услышав какой-то хруст.